Информация с камер открытого наблюдения поступала на шестнадцать дисплеев дежурного оператора. Каждую минуту изображения автоматически менялись. Вся информация записывалась и хранилась в течение шести дней. На седьмой девяносто шесть процентов ее уничтожалось, если не поступало отменяющей команды.

К сегодняшнему вечеру, когда будут закончены работы на западном берегу острова, система войдет в автоматический режим слежения. То есть любое судно или самолет, оказавшиеся ближе, чем в полумиле от острова, и при этом ниже, чем в тысяче футов над уровнем моря, будут уничтожены, если на них не установлен кодовый передатчик. Или если команда на уничтожение не будет отменена отсюда, из КЦ.

Веерховен вывел на дисплей «общее наблюдение» и «полет бабочки». Выяснив, что в пределах мили от острова нет ни одного судна с работающим двигателем, Рихард ввел данные проверочного теста. Через три минуты вторая из выпущенных ракет поразила условную цель — приближающийся «крейсер». Первая была уничтожена в соответствии с процентом и вероятностью, заданными самим Веерховеном. Это была «игрушка». Но «игрушка», полезная и для оператора, и для компьютера. То же произойдет и с настоящим крейсером, когда он подойдет к Козьему Танцу.

Стоимость установленного на острове оборудования превышала сто миллионов долларов. Немалая сумма. Но и не слишком большая, если сравнить, например, со стоимостью стратегического бомбардировщика. И совсем незначительная, если сопоставить с предполагаемой стоимостью нефтеносных пластов, хозяином которых станет Вулбари, сменив титул шейха на должность господина Президента. Что ж, и те восемь с половиной тысяч долларов, что переводятся ежемесячно на его, Веерховена, банковский счет, станут только каплей в денежном потоке, который устремится туда при благоприятном обороте событий. Да здравствует Президент Вулбари!

Рихард покосился на охранника — тот глядел в потолок — и ввел дополнительный пароль, открывающий доступ к скрытым телекамерам в резиденции шейха.

Господин Еджав Вулбари, именуемый последователями — шейх, а особо приближенными — «ата», недовольно разглядывал толстенького пожилого негра с тремя шрамами на лбу. Такими же, как у него самого.

— Не будь ты моим родственником, — сердито заявил Вулбари, — я лишил бы тебя никчемной жизни!

— Но, ата, в чем моя вина? — обиженно возразил толстяк. — Я убедил белого подождать три дня! Я сразу связался с Нукэ! Если Нукэ не сумел сделать все, как надо, — это его горе!

— Нукэ наказан! — холодно уронил Вулбари. — А ты — нет! Прежде, чем посылать к белому Нукэ, ты обязан был выяснить — кто он!

— Я выяснил! — воскликнул толстяк. — Я позвонил в «Парадиз»! Откуда мне знать, что мальчишка по фамилии Дейн — сын Хамстера!

— Полный идиот! — сказал Вулбари, обращаясь к своему секретарю Раххаму, сидящему с непроницаемым выражением лица.

— Отрезать ему уши? — деловито предложил тот.

Толстяк посерел, щеки его затряслись.

— Стоило бы! — кивнул Вулбари. — Имея в руках сына Хамстера, я бы многое смог!

— Но у нас есть его девка! — воскликнул перетрусивший Куто Туруме.

— Девка? — Вулбари расхохотался.

Даже тонкие не по-африкански губы Раххама растянулись в усмешке.

— У тебя есть дочь? — спросил Вулбари.

— У меня трое сыновей. — В голосе Туруме осторожность смешалась с гордостью.

— Сколько ты дашь за жену старшего из них?

— Сколько? — Толстяк насторожился, чувствуя подвох. — Много дам! — сказал он, подумав. — Полтысячи дам! Эта женщина хороша!

— А сколько ты дал бы за девку своего сына? — спросил Вулбари.

До чиновника наконец дошло.

— И все-таки она небесполезна! — сказал Раххам, и Туруме бросил на него признательный взгляд.

— Может, молодой Хамстер захочет получить ее обратно и даст нам возможность его схватить? Ата! Я бы посоветовался с полковником. Белый лучше поймет белого!

— У полковника довольно дел! — отрезал Вулбари. — Ты! — он резко обернулся к чиновнику. — Возвратишься в столицу! И будешь следить за сопляком!

— Он меня выдаст! — жалобно воскликнул Туруме.

— Возвратишься. — Вулбари не обратил никакого внимания на реплику толстяка. — И вступишь в контакт с молодым Хамстером! Ты убедишь его, что он может получить обратно свою девчонку. За деньги.

— Выкуп не должен быть большим! — вмешался Раххам. — Так, чтобы сыну не пришлось просить денег у отца.

— Я узнаю, сколько у него на счету! — заверил Туруме.

— Только будь порасторопней! — продолжал Вулбари. — Схватишь его при первой же возможности и доставишь сюда! Почему ты не выкрал его из больницы?

— Но его палату сторожил помощник шефа полиции! — жалобно проскулил Туруме.

— Вот видишь! — сказал Вулбари. — Шефу полиции известно, кто такой этот парень! А тебе — нет! Воистину я должен пролить твою кровь! Ты ее позоришь!