Наконец, Раваццани заговорил.

— Мы искали тебя годами, но не нашли. Ты как в воду канул. Потом ты проследил за моим сыном от Малаги до Санторини и Шотландии, а теперь ты здесь, в моем доме. И я должен поверить тебе на слово, что ты не убьешь моего сына и меня? Ты принимаешь нас за дураков?

— Я люблю Джулио. Я скорее отрублю себе руку, чем причиню ему боль.

— Осторожнее, снайпер, — сказал Марко. — Тебя могут попросить пройти именно такое испытание.

Я не сводил глаз с отца Джулио.

— Я люблю его, дон Раваццани. Больше всего на свете.

— Не сомневаюсь. Он ведь наследник огромного состояния, разве не так? Империи, достойной короля.

Дон думал, что я охочусь за Джулио из-за его денег? Я не смог сдержаться и рассмеялся.

— У меня столько денег, что я и за десять жизней все не потрачу. Мне не нужны деньги Джулио.

— И я должен верить всему, что ты говоришь? Человеку, у которого нет преданности, нет верности никому, кроме себя.

— Я предан вашему сыну.

— Да ну? Тогда ты рассказал ему, что чуть не убил меня на улице, когда он стоял в нескольких метрах от меня? — когда я промолчал, он спросил: — Ты хотя бы сказал ему, кто нанял тебя, чтобы убить его?

— Нет, но он знает, что заказ был отменен.

— Отменен, потому что ты его отменил? Или потому, что тот, кто тебя нанял, больше не хотел, чтобы моего сына убили?

— Я не хотел его убивать, а потом в этом отпала необходимость, — я ответил по-своему.

Он с такой силой ударил по столу, что громкий треск раздался, как выстрел.

— Я позволил тебе войти в мой дом, где живет моя жена и дети. А взамен я не получаю ничего, кроме лжи и уверток.

— Mi dispiace, (Прошу прощения) дон Раваццани, но я не могу рассказать вам ничего о своих клиентах. Моя жизнь зависит от моей осторожности.

— Сейчас твоя жизнь зависит от меня.

Угроза сквозила в каждом слове. Я не знал, что сделать или сказать, чтобы он передумал. Боялся, что эта информация станет известна.

— Приведи его сюда, — Раваццани жестом подозвал Марко.

Все мое тело сковал ледяной ужас. Мне хотелось бы надеяться, что Джулио поймет, что он будет снисходителен к моему прошлому, но я реально смотрел на вещи. Для меня важна холодная практичность, а не радуга и желания. Правда разрушила бы все, что у нас было с Джулио.

— Это только навредит вашему сыну. Я люблю его. Мы счастливы вместе. Я буду верен ему до самой смерти, — пока Марко переписывался с Джулио, я не сводил глаз с Раваццани.

— Я не собираюсь хранить секреты от сына. Он заслуживает узнать, что ты за человек. Потом мы вместе решим твою судьбу, — со мрачным лицом сказал Фаусто.

Когда эти зловещие слова повисли в воздухе, мы замолчали. Теперь нам ничего не оставалось делать, кроме как ждать.

Глава 23

Джулио

— Серьезно, какого хрена, Джулио? — жена отца и по совместительству моя близкая подруга смотрела на меня. Мы все еще стояли на террасе.

Я поднял кверху ладони в примирительном жесте.

— Спокойнее, у меня была очень веская причина, по которой я не мог тебе позвонить.

Фрэнки придвинулась ближе и тихо сказала:

— Ты позвонил Зии. Твой отец не знает, но она рассказала мне. Зия не хотела, чтобы я волновалась из-за ребенка.

Черт побери. Жаль, что Зия рассказала Фрэнки о телефонном звонке.

— Мне не хотелось ставить тебя в такое положение. Он твой муж, и я не хотел, чтобы он знал, где я нахожусь.

— А теперь у тебя есть парень?

Я неловко провел рукой по волосам.

— Пойдем, пройдемся со мной, и я все объясню. Я скучал по тебе.

Фрэнки улыбнулась уголками губ.

— Я тоже по тебе скучала, — затем крепко обняла меня за талию. Я долго держал ее в объятьях испытывая радость от встречи с ней.

— Я думала, ты умер, — проговорила Фрэнки уткнувшись мне в грудь. — После того, как ты повесил трубку на Санторини, Фаусто не мог найти тебя. Господи, Джулио. Ты не представляешь, как я переживала за тебя.

— Мне жаль. Правда, Фрэнки. Я никогда не хотел причинить тебе боль.

Она отпустила меня, и взяла меня за руку.

— Пойдем. Давай проверим Рафа, пока он не свел Бруно с ума, —

Мы пошли к конюшням. Ее светлые волосы были собраны в беспорядочный пучок на макушке, и она была без макияжа. Даже в таком виде она была просто секс-бомбой. Неудивительно, что мой отец сошел с ума, когда встретил ее.