— Всю энергию с передних щитов на заднюю полусферу! — заорал я и сжал булки в ожидании удара. Наших щитов против лазерных пушек крейсера хватит секунд на десять, не больше.

— Ноль! Фотонная атака! — крикнула помощница, и вокруг корабля вскипели зелёные всполохи полярного сияния.

Глава 18

Через полчаса вывалились из гипера в межзвёздную пустоту на расстоянии светового года от соседней обитаемой системы звезды Росс 388. Конечная цель осталась прежняя, но я в последний момент перед прыжком в гиперпространство скорректировал точку выхода.

— Повреждения?

— Нам сожгли второй двигатель. Поздравляю, мы отделались малой кровью — успели уйти в гипер в последний момент, — отчиталась помощница.

— Второй двигатель… — я начал делать нехитрые расчёты. — Да, повезло. На одном движке тоже сможем разогнаться для прыжка, но, если нас по прилёту будут ждать федералы, уйти не получится.

— Факт! Кэп, а ты рисковый. Не многие решатся выйти в пустоте за пределами звёздной системы.

— Почему? Не, я помню, все боятся пустоты, но как-то причины этой боязни прошли мимо меня.

— В космосе случается разное. Редко, но бывает, разгонные двигатели выходят из строя. Корабли могут годами висеть в пустоте, пока сигнал бедствия получат в ближайшей обитаемой системе. Как понимаешь, пищевые картриджи заканчиваются раньше. Остаётся ложиться в медкапсулу в режиме гибернации и надеяться, что корабль найдут всего через несколько лет, а не через тысячу.

— Брр, да уж, перспектива так себе, — я представил, как беззащитный корабль висит десятилетиями в пустоте, тратя энергию лишь на сигналы аварийного маячка и поддержание жизни спящего экипажа. Энергия на корабле тоже конечна, через сотню-другую лет можно уже и не проснуться. Но это мне не грозит — у меня на корабле медкапсулы пока нет.

— А как же гиперсвязь?

— А у нас она есть? Нет, как и у подавляющего большинства. Все пользуются гиперсвязью через маяки в системах, слишком уж она дорога. Конечно, у Звёздного флота есть своя связь — вояки на своих игрушках не экономят, и у поисковиков гиперсвязь имеется, а у коммерческого флота она никогда не окупится.

— Поняяятно, — протянул я. — Слушай, а ты сможешь перепрошить транспондеры? Хочу сменить себе имя, а заодно и кораблю. Если в системе Росс появится незнакомое судно под чужим флагом вне расчётного времени прибытия из системы Альдебарана, никто на нас и не подумает.

— Поняла, можешь дальше не объяснять. Те, кто нас ловит, будут расширять сферу поиска по мере увеличения расчётного времени нахождения «Резкого» в гипере. Когда время выйдет, преследователи решат, что ты прыгнул за пределы Звёздной Федерации и переведут активную фазу поиска в пассивное ожидание. Отвечая на твой вопрос, да, смогу, но тебе надо будет выйти в скафандре в пустоту — изнутри доступа к транспондерам нет. Как хочешь назвать корабль?

— «Меркурий»! Как тебе? Так на моей Родине называли небольшой военный бриг, который одержал победу над двумя турецкими линейными кораблями в 1829 году. А ещё это бог торговли с земного Олимпа.

— Ну, такое себе. Нет, конечно же, если ты хочешь сойтись в неравном бою с тяжёлыми крейсерами звёздного Флота, как и героический предшественник, то кто я, чтобы помешать погибнуть молодому-отважному? Не думаю, чтобы чатлане называли свои торговые суда в честь человеческого божка. Чтобы не вызвать излишнего интереса, я бы рекомендовала взять что-то более нейтральное.

— Хо-ро-шо! — как ни прискорбно, но Люська права. — Давай назовём… давай назовём…

— Кхм-кхм! — выразительно прокашлялась помощница, обращая на себя внимание.

— О, точно! Давай назовём Люси! Есть такое женское имя у чатлан?

— Есть Люсия.

— Ну и отлично, значит, будет Люсия. Кораблям принято давать имена любимых женщин. Любимой пока не обзавёлся, а ты — самая близкая. Настолько близкая, что ближе даже не бывает — ты у меня в голове живёшь. А я теперь буду Шекспиром. Капитан Даниэль Шекспир, гражданин четвёртого класса гражданской полезности! Звучит? — я решил заодно изменить себе класс.

— Почему, Шекспир? Почему, четвёртого?

— Чтобы никто не догадался. Представляешь, люди в этом времени уже и не помнят такого поэта. «Быть или не быть? Вот в чём вопрос!» — продекламировал с выражением. — А четвёртый лучше, чем третий — будет меньше вопросов.

— Ну-ну, — хмыкнула скептически.

Дальше я закатал рукава и для начала заменил убитый биоискин на рабочий твердотельный. Подключив его к диагносту, оставил возиться с ним Люську, а сам вышел в скафандре от безвестного птичьего дизайнера в пустоту.

— Открылась бездна звезд полна; звездам числа нет, бездне дна! — продекламировал знакомый со школы стих, впечатлённый завораживающей картиной множества звёзд вокруг.