— Я скучал, — шепчу, придвинувшись ближе.

Нежно играю с ее ушком, покусываю, обвожу языком и снова покусываю. С губ Агаты срывается томный стон, а пальцы впиваются в мои плечи. Я чертовски сильно хочу ее.

— Я тоже, но у меня скоро начнется пара, — с придыханием произносит она, а сама льнет ко мне грудью. Понимаю, что времени в обрез, однако ничего не могу с собой поделать.

Покрываю ее шею жаркими поцелуями и возможно, оставляю следы, потому что мне просто сносит голову. Хочется взять ее прямо здесь: грубо, неистово. Чтобы искры летели от каждого нашего прикосновения. Чтобы она громко выкрикивала мое имя, в то время как сердце будет биться прямо напротив моего.

Другой рукой вновь пробираюсь под футболку, скольжу вверх по талии и когда достигаю груди, то не сдерживаю стон, потому что Агата без белья и ее налитая грудь идеально оказывается в моей ладони. Дрожащими руками она пытается расстегнуть мои джинсы и когда пуговица поддается, Агата утыкается лицом мне в грудь, потому что я легонько играю с ее соском и покручиваю его. Она капитулирует и полностью отдается в мою власть. Ее тело сотрясает дрожь, рваное дыхание обжигает мою кожу, а сердце так гулко стучит, что я отчетливо чувствую каждый стук.

— Матвей, я… — всхлипнув, она откидывает голову и я припадаю к ее шее, когда она обмякает в моих объятьях.

Клянусь, каждое прикосновение словно наркотик.

Когда Агата приходит в себя и мы сталкиваемся взглядами, я замечаю как в ее зеленых глазах плещется голод.

— Проголодались, Агата Сергеевна? — довольно ухмыльнувшись, обвожу ее губы языком.

Ничего не ответив, она берет меня за руку, тянет за собой в кухню и около стула останавливает. Взглядом показывает, чтобы я снял штаны, что ж, всегда готов. Боксеры она стягивает с меня сама, затем усаживает на стул, а сама садиться сверху. Мой член вибрирует под ней, ожидая, когда мы станем единым целым.

— Думаешь только ты может сводить меня с ума, Орлов? — шепчет она мне на ухо и качнув бедрами, заставляет разум помутниться. — Один из нас точно проиграет.

— Разве ты не опаздываешь? — напоминаю ей про пары.

— Придется получить очередной выговор, мне не привыкать.

Она накаляется и накрывает мои губы поцелуем. Жарким, до одури страстным и волнующим. Зубы к зубам, языки к языкам. Мы словно кружимся в вихре, который несет нас куда-то в бесконечную пропасть. Я не сдерживаюсь и разрываю ниточку ее трусиков, чтобы больше нам ничего не могло помешать. Приподнимаю Агату под бедра, насаживая на себя, и в этот момент, она издает такой протяжный стон, словно никогда прежде не получала большего удовольствия. Это так возбуждает, что я и сам почти на пределе. Наши движения становятся хаотичными, животными. Я принимаю правила ее игры и это до того, сводит с ума, что адреналин с дикой скоростью выбрасывается в кровь.

Когда я нахожусь уже на грани, в кармане джинсов начинает вибрировать телефон, но я не обращаю внимания, сейчас он меня волнует в последнюю очередь. Но мобильный звонит снова и снова. В конце концов, Агата отстраняется от меня и опускает затуманенный взгляд на мои губы.

— Ответь, — с придыханием говорит она.

— Плевать, — я вновь тянусь к ней, не в силах отвести взгляда от раскрасневшихся припухлых алых губы. Это выглядит настолько возбуждающе, чтобы я понимаю, сейчас кончу, а мы ведь даже без резинки. Приходится прерывать акт, как бы мне того не хотелось.

Ухожу в ванну, а после возвращаюсь и вытаскиваю телефон из брюк, которые валяются на полу. Неожиданно на меня как ведро холодной воды обрушивается ужас. А что если опять с Дианой что-то произошло и это звонили из-за нее.

Дьявол.

Но на удивление на экране высвечивается незнакомый номер.

— Алло? — отвечаю в трубку.

— Матвей Дмитриевич? Это старший следователь Копенкин, я звоню вам насчет аварии произошедшей несколько дней назад.

— А в чем проблема? Я не справился с управлением и влетел в отбойник.

Агата заметно напрягается.

— Не совсем так. Необходимо, чтобы вы в ближайшее время приехали в отделение и я вам все расскажу.

— Я не понимаю.

— Имя Новиков Артем, вам о чем-нибудь говорит?

Только я хочу сказать, что понятия не имею о чем идет речь, как вижу испуганный взгляд Агаты, зря поставил телефон на громкую связь. Она прикладывает ладонь к губам и в глазах, которые еще минутой ранее сгорали от блаженства, теперь скапливаются слезы.

— Я скоро буду, — не дожидаясь пока Копенкин ответит, сбрасываю вызов.

Агата уходит в спальню, и уже через пару минут появляется в дверном проеме, спешно застегивая пуговицы рубашки.

— Я поеду с тобой и дам против него показания, — она суетливо заправляет за ухо прядь волос.

— Ты ни в чем не виновата.

Агата предупреждала меня, что этот засранец может пойти на крайние меры и рассказала об их последнем разговоре. Но я не придал этому значения, так как все мысли на протяжении этих дней были заняты сестрой.

Теперь же, настало время поплатиться за все, что он совершил.