Всегда наступает точка невозврата. Когда придется ответить за содеянное.

Когда мы заканчиваем и выходим из кабинета, то я едва не падаю.

Передо мной стоит Артем. На его запястьях наручники, одежда измята, а на лице есть пара ссадин. Его взгляд впивается в меня с такой силой, что мне становится больно даже на расстоянии. Сопровождающий подталкивает его в плечо, но он не сдвигается с места.

Я даже не успеваю раскрыть рта, как Артем кидается на меня.

— Тварь! — рявкает он и его сжатые в ладони кулаки проносятся в нескольких сантиметрах от моего лица.

Матвей хватает меня за плечи и загораживает собой, отчего Артем бьет его в грудь. Происходит какое-то месиво: несколько полицейских пытаются скрутить моего бывшего, но он продолжает вырываться и извергать проклятья.

— Ты пожалеешь обо всем, Агатик! — плюет мне под ноги. — Поверь, мажорик не всегда будет рядом.

— Увидите его! — приказывает следователь.

— Ты испортила мне всю жизнь! — успевает крикнуть Артем, прежде чем его уводят за угол.

Все тело пробирает дрожь, ноги подкашиваются.

— Идем, — говорит Матвей, взяв меня за руку, и уводя за собой прочь отсюда.

Оказавшись на улице, я ежусь несмотря на теплое осеннее солнце.

— Все позади, — мягко шепчет Матвей, оставляя нежный поцелуй в висок.

Несмотря на шок, я постепенно отвлекаюсь. Ведь это не мои проблемы, что Артем решил пустить свою жизнь под откос. Наконец-то в прошлом поставлена точка и я могу начать новую главу своей жизни. И я хочу начать ее с Матвея. У нас впереди так много моментов. Я хочу наверстать упущенное. Почувствовать любовь без опаски и тайн. Ту самую, которую описывают в любовных романах и от которой кружится голова.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, кивнув на его грудь.

— Поверь, на поле столкновения намного жестче, — самодовольно заявляет он.

Мы выходим на набережную и Матвей вдруг резко подхватывает меня на руки. От неожиданности я взвизгиваю и крепче хватаюсь за его плечи. Сердце так часто стучит в груди, что кажется разорвется от счастья. Как такое может быть, что рядом с Орловым я вижу все краски мира?

Матвей усаживает меня на бетонную ограду и встав между моими ногами, обхватывает мое лицо ладонями, чтобы подарить поцелуй. Нежный, но в то же время до безумия страстный. Он опаляет сердце, но не оставляет на нем шрамы. Я больше не боюсь, что мне причинят боль. Этот поцелуй до сбитого дыхания. От него кажется, что звезды уже не такие далекие, а горят внутри нас, как самые яркие светила. Так целует только тот, кто любит.

— Матвей, — шепчу я, прислонившись к его лбу своим. Под моей ладонью, лежащей на его груди, отчетливо чувствует отчаянный ритм сердца.

Тук. Тук. Тук.

— Моя, — горячее дыхание опаляет кожу. — Как бы не было трудно, но я никогда не откажусь от тебя.

Глупый, наивный мальчишка, так я думала раньше. А сейчас передо мной мужчина, готовый положить весь мир к моим ногам.

— Твоя, — с придыханием отвечаю я.

Даже если наша вселенная будет под угрозой уничтожения, мне будет не страшно, так как я знаю, что Матвей сделает все, чтобы мы снова были вместе.

Глава 62 — Агата

Мы некоторое время гуляем с Матвеем, совершенно позабыв обо всех проблемах. Он покупает мой любимый латте с соленой карамелью и тянет в сторону торгового центра. Я даже забываю, что сегодняшний день начался так ужасно и просто отдаюсь моменту. Когда мы проходим мимо магазина с фототехникой, я застываю и губы непроизвольно растягиваются в улыбке.

— Что такое? — интересуется Орлов, обнимая меня за плечи.

— Знаешь, раньше я мечтала стать фотографом, — признаюсь я.

Это было так давно, что я позабыла об этой мечте.

— Вот как? То есть если бы ты пошла за зовом собственного сердца, я бы мог спокойно доучиться и не опасаться получить сердечный приступ во время лекции? — он дьявольски ухмыляется и я шлепаю его по плечу.

— Ну тебя, — пытаюсь отвернуться, но Матвей лишь смеется и крепче прижимает к себе.

— Расскажи, — шепчет он мне на ухо.

— Еще в школьные годы я увлекалась фотографией. Я даже участвовала в конкурсах и заняла призовое место. Ведь на снимках можно запечатлеть счастье и боль, любовь и отчаяние. Они подтверждение, что происходящее не было сном, — качнув головой, оборачиваюсь к нему.

— Тогда почему бы тебе не заняться съемкой снова?

— Сейчас мне приходится обучать несносных студентов азам маркетинга, — закатив глаза, отстраняюсь от него и взявшись за руки, мы идем дальше вдоль торгового ряда.

Стоит нам пройти несколько магазинов, как я замечаю Анну Дмитриевну, а она в свою очередь опускает взгляд на наши сплетенные с Орловым пальцев. Матвей напрягается всем телом и хочет сделать шаг назад, но я лишь крепче сжимаю его ладонь. Больше не собираюсь отступать и от чего-то отказываться. Хватит.