— Не больше, чем остальные, — прозвучал её достаточно резкий ответ. — Вместо того, чтобы с Ольгой компромисс находить, он в суды кинулся, — что, по её мнению, с Константиновым вообще никак не вязалось. — Ты же знаешь что-то? — продолжала она настаивать, что начало слегка раздражать Гарбузова. Не мог он понять упорства жены относительно желания быть в курсе жизни, включая и личную, бывшего мужа!

— Не больше твоего, — заверил вслух, с легким налетом раздражения закончив, — Если не возражаешь, я себя все же в порядок приведу. За стол скоро.

— Олег, для чего он к тебе приезжал? — Лена сделала еще одну попытку удержать мужа и вызвать на откровенный разговор. Правда, какая цель преследовалась, непонятно. — Скажи прямо: у него баба появилась?

— Лена, ты себя сейчас сама слышишь? — остановившись уже в дверях ванной и резко обернувшись, поинтересовался Гарбузов. — Причем здесь мое ведомство и бабы твоего бывшего? Поговорить человек заезжал. Вопросы были. Что тебя так зацепило? Или есть что-то, в вашем прошлом, чего не знаю я и чего ты боишься?

А вот неожиданное «наступление» мужа заставило резко отступить. Было там моментик, который именно благодаря первому мужу и удалось скрыть. Для тех времен — катастрофа для девиц из приличной семьи. По нынешним — так, маленький огрех.

— Нет, — поспешила она заверить. Обсуждать ошибки юности не собиралась. Не для того, в свое время, устраивала непростые комбинации, чтобы сейчас откровенничать.

— А если нет, тогда оставь человека в покое, — предложил Гарбузов, включая душ. — А если настроения нет, можешь пойти спать, я с ребятами сам посижу, — добавил он.

— А тебе в голову не приходит, что я могу просто устать? — с плохо скрываемым раздражением обронила Гарбузова. — В отличие от некоторых — второй день у плиты, — а вот сейчас попыталась красиво выйти из ситуации, которую сама же и создала.

— А я предлагал ресторан, — не удержался он от напоминания.

Впрочем, уже забыл, когда они последний раз где-либо вместе были. У жены постоянно находились какие-то причины и отговорки. Складывалось стойкое ощущение, что намеренно избегала появления на людях в его обществе. Да и вообще их отношения за последний, да — особенно за последний год, сильно изменились. Не в лучшую сторону.

— Чтобы там какой-нибудь коронавирус подцепить? — тотчас последовала её реакция. — Спасибо, как-то здоровой быть не надоело.

— Лен, ну что происходит? — Гарбузов, запахнув халат, остановившись в дверях ванной, устало посмотрел на жену. — Только давай без игры в угадайку, — присаживаясь в кресло, попросил он, признавшись, — Я, поверь, тоже устал. Дома что-то? Малые нашкодили? Егор?

Хотя вот именно дети, по крайней мере пока, больших проблем не доставляли. Ребята росли спокойные. Даже между собой умудрялись не конфликтовать. Правда, с Егором начались некоторые проблемы, но назвать те глобальными было нельзя. Скорее — подростковый период начал давать о себе знать. С опозданием. А может сказывалась смена коллектива. Всё же поступил в институт. Ни школьных учителей тебе, ни старых друзей.

— А ты так хочешь, чтобы твой сын куда-нибудь вляпался? — вновь съязвила Гарбузова, доставая из шкафа собственное платье, купленное специально для выхода к новогоднему столу. — Ты бы за Димку так беспокоился.

С Дмитрием Константиновым был отдельный разговор. Причем, о воспитании парня была изначальная договоренность. Он — не вмешивался. Или, во всяком случае, старался не вмешиваться. Иногда, правда, приходилось урезонивать Елену Викторовну, когда та слишком расходилась.

— У Димки отец был, который нес за него ответственность, — совершенно спокойно произнес Гарбузов. — А за Егора отвечать придется мне. Да и характер у твоего старшего другой.

Характер у Димки был не материн. Вообще, в какой-то период за него даже беспокоились серьезно. Слишком мягким парень казался, непонятно было, как в жизни пробиваться будет. А вот на выходе получился Константинов под номером два. По крайней мере, именно так утверждали те, кто знал старшего. И переломать тот на свой лад Елена Викторовна не смогла, как не старалась.

— А, все-таки, у моего, — съязвила она.

Вопрос со старшим сыном с годами становился для неё всё болезненнее. И чем успешнее шла жизнь парня, тем больше раздражения в его адрес появлялось у родной матери. Причины данной метаморфозы понять не мог. Казалось бы — радоваться следовало. Тем более, что парень практически сразу по окончании института стал жить самостоятельно. В том числе и в финансовом плане не требовал никакой помощи.

— Ну, что ты к словам цепляешься? — Гарбузов, оглянувшись на переодевающуюся жену, — А, по характеру пацаны, действительно, разные. И Егора всё-таки следовало в военное определять.

Больной вопрос для их семьи. По мнению Гарбузова-старшего, парень совершил большую ошибку, выбрав по окончании школы гражданский ВУЗ. Сыграли убеждения матери, которая была категорически настроена против военной карьеры младшего сына.

— Обязательно этот вопрос поднимать именно сегодня?

Мадам Гарбузова уже с трудом сдерживала свое раздражение. И дело было не в усталостиа в человеке, который не планировал, как оказалось, встречать Новый год с родителями, заявив о собственных планах.