Моя мама и Кинан в прошлом всегда были вежливы друг с другом. Я даже долгое время верила, что они его одобряют, несмотря на наши непростые отношения. Так продолжалось до тех пор, пока я не забеременела и Кинан не ушел, тогда они открыто заявили о своей неприязни.

Мне нужно было как можно быстрее разрядить эту ситуацию.

— Кинан, остановись. Мама…

— Похоже, ты сильно дезинформирован, если думаешь, что можешь смотреть свысока на мою дочь, ведь это из-за тебя она сейчас в таком положении.

Ох, блин.

Я уже могла видеть, как крутились колесики в голове Кинана, когда он собирал воедино то, что говорила моя мама.

— Мама, сейчас не время. Кинан, я должна тебе кое-что сказать, но не сейчас. Не здесь.

— Зайти позже? — потребовал Кинан, игнорируя мою просьбу.

— Кеннеди три года. Посчитай.

ГЛАВА СЕМЬ

КИНАН

— Ей всего три, — подчеркнул тролль, как будто я был идиотом. В каком-то смысле я так и думал, если бы не понял это с самого начала. Если Мелисса и пыталась сбить меня с толку, то ей это удалось.

Три.

Три года.

Три чертовых года.

Я бы даже не оскорбил свой интеллект, занимаясь математикой.

Кеннеди была моей.

Моей.

И эта сука спрятала ее от меня.

Я знал, что это я сбежал, но мне не нужно было задаваться вопросом, сказала бы мне когда-нибудь Шелдон. Я мог это сказать по взглядам, которые она бросала, нервному тику и бледному цвету лица.

Она не хотела, чтобы я знал.

Хотел ли я вообще знать?

Когда я согласился вернуться домой, то планировал, что это будет лишь временно. Я бы сделал все, чтобы никогда не увидеть Шелдон, и у меня было полное намерение ускользнуть при первой возможности и исчезнуть еще на четыре года.

Я никогда не ожидал, что вернусь домой и увижу ее как мать моего ребенка. Моего пропавшего ребенка.

В комнату вошли двое мужчин, пока я пытался подобрать слова, чтобы разобраться в этой дурацкой ситуации.

На этот раз допросить Шелдон пришли два детектива из ФБР. Я задавался вопросом, нашли ли они что-нибудь, если вернулись так скоро.

Я внимательно слушал, пока Шелдон обсуждала детали с детективами, но твердость ее осанки подсказала мне, что она очень хорошо меня знает. Даже сейчас она наблюдала за мной краем глаза.

Чтобы надавить на ее, я придвинулся ближе к кровати и позволил руке схватиться за перила. Ее легкий вздох был едва слышен, но я уловил его. Я наслаждался идеей причинить ей дискомфорт. Я невольно представил, как приковываю ее к перилам и заставляю молить о прощении и пощаде. Когда мой член дернулся, я мысленно отругал себя. Сейчас было не время, но скоро оно настанет. Это было единственное обещание, кроме того, что я найду дочь, которую мне так и не удалось узнать.

Я предупредил ее, и теперь могу выполнить обещание, данное четыре года назад. До этого момента я не осознавал, что это именно то, чего я хотел. Мне просто нужно было идеальное алиби.

— Она моя? — я сказал себе, что подожду, пока не застану ее наедине, но это желание улетучилось вместе с моей сдержанностью.

Я не осознавал, что она плачет, пока ее голова не повернулась. Ее янтарные глаза были наполнены болью и страхом, и я впервые почувствовал раскаяние.

И мне это чертовски не понравилось.

Я не дал себе времени подумать или рационализировать это. Я схватил ее за шею, чтобы она не убежала, и прямо на глазах у детективов слизал ее слезы, начиная с уголка ее губы. Я повторил свою пытку с другой стороны ее лица и наслаждался ее удушьем и тем, как отчаянно она сжимала мои руки.

Это было сделано для того, чтобы удержать меня рядом или оттолкнуть?

На самом деле это не имело значения, потому что с этого момента она будет моей, и я смогу делать все, что мне заблагорассудится.

— Кинан…

— Прежде чем ты что-нибудь скажешь, я хочу, чтобы ты знала: какое бы оправдание или бредовый аргумент ты ни собиралась мне выдвинуть, это не будет иметь значения. — Я прижал губы к ее уху, чтобы убедиться, что только она меня слышит. — Ты помнишь, что я тебе обещал?

К моему удивлению, она медленно кивнула, хотя в ее глазах сверкнула доля гнева. Ну, круто. Я тоже злился.

Детектив, задавший большинство вопросов, выбрал именно этот момент, чтобы прервать нас.

— Простите, вы родственник?

Я оторвал взгляд от Шелдон на время, достаточное, чтобы ответить детективу с небритым лицом.

— Нет. — Я незаметно схватил ее за шею крепче и потребовал: — Почему бы тебе не рассказать милым детективам, кто я?

Если бы взгляды могли убивать, я бы умер несколькими смертями за тот короткий промежуток времени, который потребовался ей, чтобы ответить.