— Когда? — спрашивает Келлер.

— Через несколько дней. Мне нужно кое с чем разобраться, и в идеале я хотел бы снова самостоятельно одеваться сам.

— Черт возьми, без тебя здесь будет скучно, — Грейсон качает головой, залпом опустошив свой скотч.

— Я уверен, что Фрэнки займет тебя в мое отсутствие.

— Ты ему доверяешь?

— Доверяю. Только никогда не подставляй его, Грейсон. Возможно, он ебанутый, но если кто сможет управлять Нью-Йорком, так это он. Тебе решать, какую роль ты хочешь взять на себя. Ты можешь стать его правой рукой, а можешь руководить процессом подбора персонала в спортзале King's Gym. Что бы ты ни захотел, или если захочешь отойти от дел, чтобы быть рядом с Мэдди и Хоуп. Выбор за тобой.

Он сжимает челюсть и смотрит в свой стакан. — Я поговорю с Мэдди.

Они оба никогда полностью не смогут отказаться от этой жизни. Это у них в крови. Хаос, насилие, азарт.

Мы все в этом одинаковы.

Наши женщины - это наше спокойствие в этом безумии. Они возвращают нас к реальности, когда это необходимо. И всё же каждый из нас готов сжечь весь мир, чтобы защитить свое.

ГЛАВА 90

Роза

Я забираюсь в кровать и ложусь рядом с Лукой, закидывая свою голую ногу на его бедро, и он стонет.

— Где болит? — шепчу я, проводя пальцами по его груди.

Он морщится и пытается сесть.

— Легче было бы сказать, где не болит, — он хитро улыбается мне, и мои щеки заливаются румянцем.

Его член дергается у моего бедра.

— Правда? — я притворно закатываю глаза.

— Ну, детка, какое-то время тебе придется потрудиться. И мой член очень болит. Я думаю, тебе нужно поцеловать для исцеления его ради меня.

Он закидывает руки за голову, на запястьях все еще видны красные следы.

— Я не хочу причинять тебе боль.

Его глаза горят желанием, он откидывает одеяло, скользя взглядом по моему обнаженному телу.

— Поверь мне, последнее, что ты сделаешь, это причинишь мне боль, — он прикусывает нижнюю губу. — Поцелуй меня.

Ему не нужно просить дважды. Я наклоняюсь, прижимаясь к его губам. Он стонет мне в рот.

— Достань мой бумажник в ящике стола? — он борется с усмешкой, которая вызывает мой интерес.

Я сажусь на него, и его твердый член задевает мои трусики, чтобы достать черный бумажник.

— Открой.

Я смотрю на него в замешательстве. — Там пусто?

Он хихикает. — Внутри записка.

Я открываю его и вытаскиваю бумажку, разворачивая ее, чтобы увидеть свой написанный список моих кинков. Что-то выпадает и приземляется ему на пресс.

—Что...

Мои глаза расширяются, и я ахаю, когда понимаю, на что смотрю.

Красивое кольцо, оправа которого была инкрустирована крошечными сверкающими бриллиантами, а в центре красовался огромный бриллиант.

— Лука? — шепчу я.

Он поднимает кольцо и протягивает его мне.

— Я хочу быть с тобой навсегда, Роза. Я хочу быть твоим. Тебе принадлежат каждая моя мысль, мое сердце и мое будущее. Ты выйдешь за меня замуж, tesoro? Сделай меня самым счастливым человеком, который когда-либо ходил по этой земле.

— Да, да, да, — визжу я, подаваясь всем телом вперед, прижимаясь к нему и осыпая поцелуями все его лицо.

Я быстро отстраняюсь, вспоминая о его ранах.

Его глаза сияют, он смотрит на меня с чистой преданностью. Он убирает волосы с моего лица.

— Наконец-то мы добрались сюда, Роза.

Он улыбается, и у меня внутри тает от него. Его член упирается в мою киску, мое желание отчаянно нарастает, чтобы он был внутри меня.

Он притягивает меня ближе, находя мои губы, и от этого поцелуя я почти была близка, чтобы кончить.

— Теперь я могу оседлать своего жениха? — я хлопаю ресницами.

— Черт возьми, да. Но сначала дай мне руку.

Он надевает кольцо мне на палец. Я поднимаю его, позволяя ему сверкать в лучах восходящего солнца, льющихся через окна спальни.

— Оно идеально, Лука.

— Как и ты.

Слезы ручьем катятся по моему лицу. Даже во всем этом хаосе мы находим нашу вечность.

На этот раз я буду носить его кольцо с гордостью.

— Когда мы уезжаем?

— Как только поправлюсь, тогда и поедем.

ГЛАВА 91

Роза

Лука крепко держится за мою руку, ведя меня в дом своей мамы. Кофейная кружка, из которой она всегда пила, стоит в центре стола, а кухня заполнена букетами ярких цветов, словно из цветочного магазина.