Мария резко поворачивает голову ко мне, и она прожигает меня взглядом сквозь спинки кресел.

Раздраженно вздохнув, Данте двигается, и я, наконец, снова могу дышать.

Мэдди неторопливо подходит и плюхается рядом со мной, стонет, пытаясь удобно устроиться с беременным животом.

— Спасибо тебе, — шепчу я ей.

— Всегда пожалуйста! — она улыбается. — Кроме того, это значит, что я могу спокойно читать свои развратные книжки, не опасаясь, что Грейсон захочет засунуть свой член в меня. Я имею в виду, мне это нравится, но это тяжёлая работа, когда ты беременна!

Я не могу удержаться от хихиканья.

— Я думала, что когда ты беременна, то становишься супер-возбуждённой, — шепчу я.

— Так и было, пока я не стала размером с выброшенного на берег кита. Оказывается, это только ещё больше заводит моего мужа, — она кивает головой в сторону светлой головы Грейсона, сдерживая улыбку.

— Не заставляй меня тащить твою задницу в туалет, солнышко. Ты знаешь, что я это сделаю, — кричит он с передней части самолета.

— О, я смею! — кричит Мэдди в ответ, ее щеки красные, как яблоко.

— Ты хочешь этого так же сильно, как и он, — я толкаю её в плечо.

— Тсс. Не говори ему этого. Потому что он припрется сюда. А я хочу провести с тобой немного времени.

— Оу, как мило. С тех пор как я перестала так много тусить, я почти ничего не слышу о своих "друзьях".

— Что ж, тебе больше не нужны эти придурки. Теперь у тебя есть я и Сиенна.

— Я ценю это.

Она наклоняется и шепчет: — Я вижу всех наших детей, включая твоих и ... — она расширяет глаза и указывает жестом на Луку, сидящего передо мной. — Ну, ты же понимаешь, чьи дети будут бегать вокруг нас, пока мы сидим и загораем. Пьем послеобеденный чай, как называет это Сиенна, — она преувеличенно подмигивает и улыбается.

— Я не знаю, случится ли это когда-нибудь, — я опустила плечи вниз. Это правда, и это больно.

Мэдди приподнимает бровь и смотрит на стену рядом со мной. Я хмурюсь и оборачиваюсь, чтобы увидеть руку Луки, просунутую в щель между сиденьем и стеной. Он машет мне пальцем.

Я беру его за руку, и он вкладывает что-то в мою ладонь. Разворачиваю скомканный чек, который он сунул мне, я читаю каракули.

Ты станешь матерью моих детей. Всех пятерых.

Мои щеки вспыхивают жаром, когда я прячу записку в лифчик.

Мэдди хихикает рядом со мной, раскрывая свой Kindle. — Что я тебе говорила?

Я стою и жду в багажной зоне, когда мой багаж выгрузят. Данте уже забрал свой и вышел к машине, ожидающей снаружи. Все остальные ушли, кроме меня.

Я подпрыгиваю от неожиданности, когда руки обхватывают меня за талию. Как только этот мускусный запах достигает моего носа, я понимаю, что это Лука.

Он утыкается лицом в изгиб моей шеи и щекочет меня губами.

— Та записка. Я это серьезно, — бормочет он мне в щеку.

— Хм-хм-хм, — мямлю я, сдерживая улыбку на лице. — Что ты здесь делаешь? — я поворачиваюсь к нему лицом.

— Хотел украсть быстрый поцелуй у моей девушки, — он наклоняется вперед и прижимается своими губами к моим.

— Гораздо лучше. Я не могу находиться с тобой в одной комнате и не иметь возможности прикоснуться к тебе. Нам нужно найти способ быть вместе в этой поездке. Прошло так много времени. Мне нужно быть внутри тебя.

Я понимаю, что он имеет в виду.

Неважно, сколько мы занимаемся секстингом или телефонным сексом, это никогда, никогда не превзойдет настоящий. Я просто надеюсь, что после того, что случилось на примерке моего платья, он перестанет загонять меня в угол, спрашивая, почему я выхожу замуж за Данте. Это для защиты всех. Я не могу допустить, чтобы он сходил с ума, убивал всех и рисковал их жизнями. Семья его невесты угрожала ребенку. Я не могу допустить, чтобы это было на моей совести. Я защищаю его, нравится ему это или нет.

Прислонившись лбом к его плечу, я позволяю себе наслаждаться теплом его тела, прижатого к моему. — Я уверена, что-нибудь придумаем.

— Весь полет я просидел в Google Maps, отмечая места, где можно потрахаться. Я готов.

— Нет, ты этого не делал! — я бью его в грудь, и он прижимает мою руку к своему сердцу.

— Спорим, что да? Я отчаянно нуждаюсь в следующей дозе Розы. Я даже подумываю о том, чтобы затащить тебя вон в те туалеты для инвалидов, — обхватив мою задницу, он поворачивает мое тело к стене из туалетных дверей.

— Фу. Нет, спасибо.

— Прекрасно. Просто будь готова, красотка. Я иду за тобой. Потом войду в тебя, — он двигает бедрами и прижимается своей твердой выпуклостью к моему боку, доказывая, насколько он уже возбужден.

Я сжимаю ноги вместе, мое тело горит желанием к нему.

— Просто скажи мне время и место, — я приподнимаюсь и шепчу ему на ухо: — Я всегда мокрая и возбужденная для тебя. Даже сейчас, от одного поцелуя, я промокла насквозь.

Он отстраняется и качает головой.