— Да. Не успела эвакуироваться.

— Как выживали?

— С переменным успехом. Один раз чуть не сожгли мародеры. В другой раз чуть не расстреляли люди в черных плащах.

— Каратели.

— Каратели? Ну да, им подходит. Вы о них что — то знаете?

— Что — то знаю. Чем вы питаетесь?

Саша изо всех сил гнала мысль о собранных запасах. Она понимала, что в сегодняшних условиях надо бы делиться. Это нормальное решение, человеческое. Но, с другой стороны, она с таким трудом их перевезла. Если разделить еду на всех, то хватит в лучшем случае на пару месяцев. Ей же одной будет достаточно, чтобы пережить зиму и весну.

— Тем, что нашла в дачных домах. Еще грибами и фруктами. Немного солений есть. Запасы скромные, но от вас мне ничего не надо. Я рада, что рядом есть живые, что у вас тут порядок и вы не станете меня обворовывать.

— Вы о нас плохого мнения. Грибы, фрукты и овощи есть и у самих в достатке.

— У вас есть нечто более важное. — Саша посмотрела на горящую лампочку. — За это я благодарна. — Она сняла с плеча потертый рюкзак, достала из него четыре блока сигарет и положила на стол перед Борисом Семеновичем. — Это моя плата. Прошу, не отключайте.

Взгляд мужчины на мгновение из сурового сменился на удивленный:

— Откуда у вас столько?

— Видимо, кто — то на наших дачах любил покурить. Я и сама иногда балуюсь. Но вам нужнее. Могу в качестве оплаты принести сушеных яблок и грибов. Теплые вещи, одеяла. Их полно.

— Вам одной не страшно там жить? Одичавшие голодные собаки, мародеры и черт знает кто еще. Для одинокой женщины сложная ситуация.

— Я не одна. С другом живу. Он скоро вернется.

— Давно ушел?

Саша потупила взгляд.

— Уверены, что вернется?

— Я все еще верю.

Борис Семенович повернулся на скрипящем стуле к окну, посмотрел на перекопанный плац и произнес:

— Можете здесь остаться. Тут безопасно. У меня есть правила и распорядок, каждый занят своим делом и дурака валять я не позволю, но это лучше, чем прозябать в заброшенных домах. Вам не выжить одной.

Саша усмехнулась:

— Это предупреждение я слышала много раз. Однако, уже полгода как — то выживаю.

— Впереди зима. Будет намного хуже, чем сейчас. По электричеству не могу дать гарантию, что оно будет работать вечно. Везение — переменчивая вещь.

— Вы совершенно правы, но пока я не готова бросить свой дом. Если вы не требуете сделать выбор прямо сейчас, предлагаю остаться добрыми соседями. Если я могу чем — то вам помочь — не стесняйтесь обращаться.

Борис Семенович задумался ровно на секунду. Видимо, дольше думать устав не позволял.

— Да, просьба есть. — отчеканил он.

13 октября

Свет просто так не дается. Оказывается, не очень далеко от меня есть действующая военная часть. О ней я и раньше знала, но была уверена, что там никого нет. А они были уверены, что никого нет в садах, потому что видели пожар.

Познакомилась с Батей. Серьезный мужик. В их части идеальный порядок, много перепаханной земли, и людей не мало. Они подготовились к зиме основательно. Поэтому летом я их не видела. Они были заняты посадками и подготовкой казарм к зиме. Вылазок не делали, по домам не лазили. Батя против мародерства.

Он предлагал остаться. И надо было бы принять его предложение. Но в башке засела мысль о Сереже: он вернется, а меня не найдет. Хотя, кого я обманываю? Он давно мертв. Чертовски глупо ждать мертвеца.

А еще теперь я официально работаю. В разгар конца света — то! Поскольку мое местоположение относительно удачное, теперь я охраняю границы района. У меня появилась рация и позывной «Синица». А еще ответственность перед суровым Батей.

Каждое утро я должна делать обход, а потом связываться по рации и докладывать «Беркут, это Синица. Без происшествий». Через пару секунд на той стороне отвечали: «Синица, это Беркут. Принято» и записывали в толстую тетрадь время и статус моего ответа. Так в военной части знали, что на северо — восточной границе спокойно, неопознанные люди не появлялись, происшествий не было.

Простая работа, но меня переполняет гордость. Ведь теперь я пограничник, малюсенькая часть цивилизации, которую выстраивает Батя.

05 ноября

Сегодня ночью выпал снег. Зима началась.

С самого утра вьюга с мелкими, колющими лицо снежинками. А ведь надо обойти границы и доложить, что все в порядке. До костей озябнув, я свою работу выполнила. Теперь буду до конца дня отогреваться.