22 сентября

Дрова — это тяжело. Чертовски тяжело. Сначала попыталась сама попилить их, но быстро плюнула, дурацкая затея. Опять пошла по садам. Теперь у меня много дров, должно хватить на зиму.

Ну, может завтра еще принесу. Много дров не бывает.

От Сергея никаких вестей. Надеюсь, с ними все в порядке.

24 сентября

Сегодня выпал первый снег. Буквально полчаса полежал и растаял. Стало страшно, если честно. Вот она — зима. Совсем близко, уже стучит в окно. А ведь только сентябрь. Сергей говорил, что надо закрыть все оконные проемы, чтобы не было видно ни света, ни тепла. Но я посадила укроп с луком, как же им без света расти?

И где он вообще? Уже должен вернуться.

26 сентября

Все по прежнему, писать не о чем. Таскаю дрова, вламываюсь в дома, ворую еду и вещи. Как я до этого докатилась? И ведь украсть — то нечего. Ну кто зимой на дачах хранит продукты? При чем так, чтобы их не смогли заметить мародеры.

Еды катастрофически мало. Я ограничиваю себя во всем, делю одну порцию на целый день, отказалась от сахара, чтобы было что добавить в компоты и теперь по ночам мне снятся пирожные и жареная курица.

Надо выбираться с дач и искать не разграбленный магазин, иначе умру с голоду.

***

Сергей и Алексей сидели в засаде в полукилометре от пропускного пункта. Сергей только вернулся с разведки и докладывал увиденное:

— Короче, «зеленых» там толпы. Видел пару наших. Твоя задача выглядеть максимально спокойным. Не нервничай, не паникуй. Легенду ты знаешь.

— Сам не паникуй, Серег, мы сто раз с тобой об этом говорили. Я на всю жизнь запомнил, что надо делать.

Сергей вытащил из рюкзака черный плащ и передал другу. За время их путешествия Алексей прилично скинул в весе и теперь чужая одежда сидела на нем, как влитая.

— Если что пойдет не по плану — не паникуй, делай рожу кирпичом. — напутствовал Сергей.

— Это просто. Всю жизнь этим занимался. — Алексей поправил плащ и стряхнул прилипшую грязь с подола. — Про сестру твою помню, найду ее, не сомневайся. — Сергей кивнул. — Ты, главное, себя береги, хорошо?

— За меня не переживай и не из такой жопы выбирался.

Алексей несколько раз глубоко вздохнул и вышел из укрытия, представлявшее из себя дорожный бетонный блок и два полуголых куста. Последние пятьсот метров долгого и изнурительного путешествия. Сергей выглядывал из укрытия, провожая друга суровым взглядом. Этот скользкий тип выберется, он не сомневался, а вот хозяину плаща деваться некуда. Кольцо — его дом на ближайшие 25 лет. Хотя, с учетом сводок, срок этот очень оптимистичный и дожить до снятия оцепления Сергей не планировал.

Прошел час с момента, как друг ушел. Поднялся неприятный промозглый ветер, срывающий желтую листву с умирающих деревьев. Солнце спряталось за тучи и вот — вот начнется дождь. В течение этого часа Сергей не услышал никаких посторонних звуков, вроде выстрелов, сирен или криков. Вокруг такая тишина, что пятьсот метров и не расстояние для криков и уж тем более для выстрелов.

Значит прошел.

Значит можно идти. Но куда? Назад к Саше, в маленький дачный домик, обитый одеялами? Или же найти группу выживших побольше? Желательно недалеко от большого города или поселка, где много магазинов и есть возможность запастись провизией. Так больше шансов выжить. Зачем тогда, дурак, обещал вернуться? Позарился на зеленые глаза и округлую жопу? Вот только выжить зимой без еды она не сможет, а времени ее найти все меньше. Да и один голодный мужик мало что сделает против толпы мародеров. И домик ее, сколько не обивай одеялами, беспилотники найдут.

Тогда план номер два. Найти группу выживших и привести туда Сашу. И волки сыты и овцы целы. Дело за малым — найти адекватных выживших.

28 сентября

Сегодня был отличный день. Пишу при свечах, потому что теперь их много. Реально много! Проснулась рано, собралась с силами и пошла на поиски еды. В соседнем поселке не осталось ничего. Только выжженная земля и разворованные магазины. Даже посторонних следов нет, все обходят это место стороной. Видно, что по машинам лазили, даже по сгоревшим — практически у всех двери и багажники нараспашку. Вещи из чемоданов и сумок валяются на асфальте и тоскливо висят на голых ветках вдоль дороги, унесенные осенним ветром. Настоящий апокалипсис.

Буквально пару месяцев назад у всего этого хлама были владельцы. Люди копили на машины, ездили в большие торговые центры, чтобы купить красивую одежду, выбирали чемоданы, чтобы слетать на отдых к морю. И все, что от них осталось — разбросанная одежда и распахнутые двери. Они так и останутся гнить на этом шоссе.

Еды в машинах тоже не было. Я осмотрела не меньше пятидесяти. Потом плюнула и свернула с шоссе на грунтовую дорогу. Примерно через километр была маленькая деревенька. Одна улица, домов пятьдесят, не больше. Она уже лет двадцать была в состоянии полу-заброшенности и только дачники летом возвращали ее к жизни.