Шрифт:
Мина оказалась в маленькой комнате без окон, все стены которой занимали книги. Она видела, как книги хранятся в библиотеке – на широких полках, все закованные в цепи. Подпускать к ним зверей молнии слишком опасно, поэтому и доступ к ним был строго ограничен. Но здесь, в личной библиотеке профессора Дано, хранились старые фолианты, и ни один не сдерживали цепи. Кожа на их корешках потрескалась, страницы истончились и пожелтели. Из груди Мины непроизвольно вырвался напоминающий Пиксита восторженный писк. «Столько книг!» У неё пальцы чесались снять с полки какую-нибудь, но она не смела, не зная, позволено ли к ним прикасаться.
Профессор Дано подошёл к одному стеллажу и снял книгу, затем ещё одну и ещё, в итоге сложив на столе целую стопку:
– Прочти их. Из комнаты не выноси. Когда будешь уходить, захлопни дверь – она закроется за тобой.
Мина решилась спросить:
– Уроки полёта?
Он остановился на полпути к двери, но не обернулся.
Она ждала.
Он вздохнул:
– Да.
Мина улыбнулась.
Глава девятая
Удобно устроившись в кресле профессора Дано, Мина просидела за книгами целый день. Так получилось само собой: она знала, что Пиксит её ждет, что пропустила ужин и что с завтрашнего дня начнутся уроки полёта, но, начав, никак не могла остановиться. Это были не приукрашенные и выхолощенные учебники – это были дневники первых грозовых стражей.
«Мне страшно, – писал один из них. – Бури усилились. Такое чувство, что чем больше мы пытаемся исправить мир, тем сильнее его ломаем».
Хотя у первых алоррианцев были грозовые звери, они не знали, как применять их силу, – совсем как дети без наставников, старающиеся сделать мир лучше. Они вызывали дождь над полем – и на город неподалёку обрушивался торнадо. Они согревали поле с помощью солнечного зверя – и где-то ещё озеро замерзало посреди лета и вся рыба в нём погибала.
У них ушло несколько десятилетий, чтобы стабилизировать погоду в Алоррии. В книге с переплётом из красной кожи Мина нашла подробные схемы, таблицы и карты, описывающие изменение погоды в каждом регионе, изо дня в день, и указания, силы скольких и каких именно грозовых зверей были активны каждый час.
Случались и неудачи катастрофического масштаба – когда целые урожаи оказывались уничтожены. Мина расплакалась, читая списки людей, умерших от голода в последующие зимы, до того, как саму зиму отменили, и торопливо вытерла слёзы, чтобы они не упали на хрупкие страницы и не повредили их.
Интересно, сколько учеников читали эти дневники? Это скорее был щедрый подарок, чем наказание. Их прошлое было горестным и страшным, но они всё это преодолели. Учёные выяснили, что, работая вместе, слушаясь своих стражей, грозовые звери способны управлять погодой над всей Алоррией, и это помогло добиться всех тех удивительных вещей, которые алоррианцы сейчас воспринимали как данность: еда в достатке для всех, безопасное море, вечное благодатное лето. Благодаря их совместным усилиям в стране наступила великая эпоха расцвета искусства и архитектуры, где удовлетворена любая потребность, а нужда выкорчевана с корнем. Мина пролистала посвящённые этому страницы и вернулась к первому дневнику.
Она открыла последнюю страницу и перечитала финальную строчку: «Такое чувство, что чем больше мы пытаемся исправить мир, тем сильнее его ломаем». С неё она и начала своё эссе и продолжила описанием того, как стражи, сотрудничая, всё-таки нашли способ исправить мир.
«Ну, по крайней мере Алоррию».
Мина обвела взглядом окружающие её полки и все эти бесценные книги. «Среди них есть какие-то о внешнем мире?»
Но развить эту мысль она не успела: прозвенел звонок, предупреждающий о скором отбое.
Спохватившись, Мина выскочила из личной библиотеки профессора Дано, не забыв аккуратно закрыть за собой дверь, сбежала по спиральной лестнице и на всех парах понеслась по коридорам в башню общежития. Запыхавшись, она влетела в ванную, быстро почистила зубы и бросилась к двери в комнату, уверенная, что у неё есть ещё минимум минута, чтобы приготовиться ко сну…
Но едва она вошла, как свет погас.
– Спокойной ночи, Мина, – пожелала со своей кровати невидимая в темноте Джикс. Чода фыркнула, что означало «Ты поздно» или «Не мешай мне».
За те недели, что они провели в школе, их грозовые звери не только заметно выросли, но и научились контролировать искры, и их стражам больше не нужно было волноваться из-за инцидентов с непреднамеренным поджогом. Но зато сейчас в комнате воцарилась непроницаемая тьма. «Пиксит? Можешь подсветить?»
В углу вспыхнула искра, и пока она падала по дуге на пол, Мина, лавируя между беспорядочно валяющимися на полу домашними заданиями и нуждающимися в стирке вещами Джикс, успела добраться до своей кровати. Ночную рубашку она не увидела, поэтому забралась под одеяло прямо так.
«Я скучал».
«Я тоже по тебе скучала, Пиксит».
«Многому научилась?»
«Да». Она заколебалась, думая о горах – таких манящих и диких, не то что Алоррия. Что лежит за ними?
«Множество крепко спящих людей. Там ведь тоже ночь». Его мысли, сонные и тяжёлые – неужели он всё это время ел, пока она сидела в библиотеке профессора Дано? – постепенно рассеялись как туман, и со стороны изножья послышалось свистящее сопение.