Я закатила на нее глаза.

– Как поживает маленький монстр?
– спросила я. Бри родила ребенка несколько месяцев назад, и после того, как мы все смогли увидеть и подержать ее, их семья практически исчезла. Они были слишком опекаемыми, влюбленными и полностью довольными в своем маленьком пузыре.

Я не винила их. Но и не стремилась его разрушить. Мы с Бри были такими друзьями, которые могут не видеться год или десять лет и все равно бросить все ради другого, если понадобится.

– Хорошо. Она маленький тиран, это точно. Она хочет везде ходить со мной и не хочет от меня отходить. Я попыталась оставить ее в центре на несколько часов, а Джекс появился через тридцать минут с криками и выражением ужаса на лице.

Я рассмеялась.

– Думаю, эта девочка совсем как ее папаша. Ни один из них не может находиться вдали от тебя слишком долго. В любом случае, я уверена, что дети были рады их присутствию.
– У Бри был центр в резервации, где жили нуждающиеся дети. Мы все время от времени навещали их, но Бри вкладывала всю душу в свою работу там.

Бри кивнула, когда в дверь снова позвонили, и Бастиан впустил Вик, Джетта и Рома.

– Посмотрите, кого мы с мужем нашли в лифте!
– объявила Вик, указывая на Рома.

Он улыбнулся ее выходке, потому что никто не смог бы возненавидеть жизнерадостную сторону Вик, даже если бы попытался. Она изнуряла и возбуждала одновременно.

Улыбка Рома в кои-то веки была искренней, как будто он действительно наслаждался обществом окружающих его людей. За эти годы мы с ним как-то подружились с одними и теми же людьми, и мне было неприятно видеть его таким чертовски свежим и беззаботным рядом с теми, кого я любила больше всего.

Затем его взгляд упал на меня, и его улыбка исчезла. Мы смотрели друг на друга, и я облизала губы, глядя на его наряд: темная толстовка скрывала татуировки, которые змеились по его мышцам. У меня потекли слюнки от узких спортивных штанов, которые как раз правильно обтягивали его бедра. Когда он оттопырил челюсть, напомнила себе, что нам нужно держать дистанцию, даже если он поцеловал меня в примерочной.

Мы сели за фильм, который я никак не могла смотреть. Даже не смогла бы назвать персонажей, если бы от этого зависела моя жизнь. Я села рядом с Бастианом, и его рука обвилась вокруг моих плеч, в то время как Бри и Вик сидели рядом со своими мужьями. Ром занял кресло, но большую часть фильма прожигал дыры в руках Бастиана огненным взглядом.

Я не могла перестать задаваться вопросом, о чем он думал, придя сегодня вечером.

Допила свое вино и потянулась, чтобы взять еще, когда Ром пробормотал:

– Принесешь мне немного?

Его голос заставил меня подпрыгнуть, и я опрокинула открытую бутылку на деревянный пол. Ругательство вылетело у меня изо рта прежде, чем я успела его остановить.

– Дерьмо.

Бри побежала к бумажным полотенцам на кухне.

– Я уберу, Кэти.

– Спасибо, что спасла мои полы, Бри, - сказал Бастиан, совершенно не обращая внимания на беспорядок. Когда Джекс напрягся, Бастиан ухмыльнулся.
– Она одна на миллион.

– Тебе лучше отвалить, Бастиан, - прорычал Джекс.

Он усмехнулся над ревностью Джекса.

– Можно подумать, что он забыл, как мы однажды танцевали вместе в клубе, честное слово.

Бри закатила глаза, вытирая пол.

– Я же не спала с Бастианом.

– Точно.
– Вик рассмеялся.
– Он почти не дает Рому покоя из-за того, что тот переспал с Обри.

Ром кашлянул, и Джекс зарычал на него.

– Большое спасибо, Вик, - сказал Ром, но он улыбался, словно хотел поддразнить и Джекса. Затем его глаза перескочили на меня.
– Но мне не стыдно. У нас с Бри было соглашение, которое сработало. Оно сработало очень хорошо.

Он словно вонзил кинжал в мой живот. Ревность засела глубоко в щелях моего тела и загноилась. Я ненавидела это чувство и хотела немедленно избавиться от него.

– О, Господи, - ворчала Бри, когда Джекс встал, собираясь уходить.

Я вздохнула и вытерла лоб, пытаясь избавиться от гнева.

– Я схожу за другой бутылкой, - сказала я никому конкретно.

Ром кивнул, но когда я прошла мимо него по дороге в подвал, он встал и молча, последовал за мной. Если наши друзья и усомнились в этом, они не сказали ни слова.

Когда мы дошли до подвала, и он закрыл за собой дверь, я обернулась и прокричала.

– Что ты здесь делаешь, следуя за мной?

– Я хочу побыть с тобой наедине, потому что ты там практически дрожишь.

– Я в порядке.
– Отмахнулась от его оценки.

– Ты нервничаешь или чувствуешь себя некомфортно. Или и то, и другое? Дело во мне?

Я не знала, в чем дело. Дело было во всех них и в ощущении, что у меня есть эта часть, хотя на самом деле это было не так. Это был и он, я знала, что хочу его, и знала, что не должна, чувствовала ревность другой женщины, когда прошло много лет, с тех пор как они встречались.