– Спасибо за помощь, - говорю я Бенито и Горану, которые настояли на том, чтобы проводить меня.
– Желаю вам спокойной ночи, что еще от нее осталось.

Я вхожу в дом и на цыпочках поднимаюсь по лестнице мимо спален Валентины и Анжелики. Адреналин покинул меня, и я без сил. Я открываю дверь своей спальни…

Валентина спит в моей постели.

На мгновение я ошеломлен. Я стою в дверях, и мне кажется, что кто-то ударил меня прямо в сердце. Она здесь, потому что знала, что я буду расстроен, и не хотела, чтобы я оставался один.

Все, о чем я мечтал, здесь, лежит передо мной.

И все это основано на лжи. Если она узнает правду о смерти Роберто, все будет кончено.

Я вхожу в комнату.

– Валентина, - мягко говорю я.
– Привет.

Она просыпается.

– Привет, - сонно говорит она, потом вспоминает, почему я уехал, и беспокойство наполняет ее глаза.
– Джорджио жив?

– На данный момент. Врач сказала, что следующие сорок восемь часов - решающие.

Она приподнимается, простыня соскальзывает на талию. На ней одна из моих футболок.

– Где он? Он ведь не в Бергамо?

– Нет, в Милане.

– А, территория Создателя Королей. Что дель Барба хотел получить в обмен на защиту?

– Моего Спайдера.

Она морщится.

– Мне жаль, Данте. Я знаю, ты любил эту машину. Я никогда не видела, чтобы кто-то так сильно зеленел, как ты, когда я выезжала на А4.

Я сбрасываю пиджак и расстегиваю рубашку.

– Ты так уверена, что я отдал ее?

– Конечно, отдал, - говорит она так, словно у нее нет ни малейших сомнений.
– Под этой убийственной внешностью скрывается хороший человек.
– Она одаривает меня дерзкой улыбкой.
– Но ты раздражающе заботливый. Еще раз тронешь ее телефон, и я сломаю тебе запястье. Я уверена, что Нил чуть в штаны не наложил.

Я знаю, что она делает, она намеренно возвращает мои мысли к более приятным вещам.

– Он заслужил это. Он схватил твой телефон.

– Похоже, у него действительно проблемы с границами, - соглашается она.
– Ты идешь спать?

Она остается на ночь. И мне даже не пришлось просить.

Это был долгий, тяжелый день. Но сейчас все снова кажется правильным.

Расскажи ей о Роберто. Ты не можешь скрывать это от нее. Она воспримет это как предательство своего доверия.

Если я скажу Валентине, что его смерть была несчастным случаем, она мне поверит. Она не будет меня винить, она не такая.

Но если я скажу ей правду, все изменится.

Я ждал этого момента десять лет. Назовите меня мудаком, назовите трусом. Когда дело касается Валентины, я и то, и другое. Потому что она здесь. В моей спальне. Свернувшись калачиком на моей кровати. В моей футболке. Ждет, когда я вернусь домой.

Дело не в сексе. Это похоже на отношения. Все, чего я когда-либо хотел, принадлежит мне, и я не сделаю ничего, чтобы рискнуть это испортить.

Я не могу.

Когда она узнает, она поймет, сколько у тебя было возможностей сказать правду. И тогда она никогда не сможет тебя простить.

– Я быстро приму душ. От меня пахнет больницей.
– Я отбрасываю рубашку в сторону и тянусь к ремню, ее глаза следуют за моими руками. Мой член тут же реагирует, ненасытный ублюдок.
– Оставайся в постели. Я на минутку.

– Как ты себя чувствуешь?
– мягко спрашивает она.

– Я злюсь. В ярости. Чем больше я думаю об этом, тем больше подозреваю, что это был Призрак.
– Я обнимаю ее за талию, и она прижимается ко мне.
– Он не смог взломать нашу сеть, поэтому застрелил моего информатора. Это война.
– Мои губы поджимаются.
– Призрак скоро поймет, что я очень плохой враг. У меня есть кое-что для тебя.
– Я достаю из кармана куртки устройство, которое дала мне Мара.
– Телефон Джорджио.

– Значит, мы начинаем?
– уточняет она.

– Да. Мы собираемся покончить с этим, раз и навсегда. Верратти на мели, его деньги скоро закончатся. Сейчас самое время действовать. Назови мне имена всех, кому он платит, и я обращусь к ним с лучшим предложением.
– Я мрачно скалюсь.
– Мы собираемся захватить Бергамо на деньги Верратти. Что касается Призрака, - мой голос твердеет от решимости, - мы выясним его настоящую личность. К тому времени, когда мы закончим, ему негде будет красть деньги и негде будет прятаться.

Никакого насилия, как я и обещал Антонио. Мне не нужна кровь на улицах, чтобы провернуть это дело.

У меня есть Валентина.

Глава 26

Валентина

Осознавала ли я, что посылаю сигнал, когда ждала Данте в его спальне? Да, конечно, осознавала. Я не идиотка.

Речь больше не идет о сексе. Или терапии. Когда я надевала футболку Данте, потому что хотела сохранить его запах на своей коже, я делала это, прекрасно понимая, что это значит.