Поднявшись на капитанский мостик, Гунт заметил три ярких фонаря, расположенных на носу и корме корабля. Видимо, они обозначали габариты судна во избежание ночного столкновения с другим кораблем.

Сам капитан сидел на стуле, вальяжно положив ноги на стол. В руке он держал исходящую паром кружку с каким-то пахучим согревающим напитком.

На столе, помимо ног Мэйрона, стоял кувшин знакомой формы и еще пара кружек. Если верить торговцу, то эти кувшины делали за Хребтом, и Гунт еще совсем недавно купил таких несколько штук. Жаль, с тем торговцем по имени Сепан ин бер Маурди встретиться больше не удалось. Вместе с Марком они приходили несколько раз к его палатке и к дому. Там всегда было закрыто, не достучаться.

— Не у Сепана покупал? — указал Гунт на кувшин.

— Нет, — ответил капитан, убирая ноги со стола. — В Таплайке. Там такие раза в три дешевле, чем в Баскане.

Гунт сел за стол, капитан плеснул в его кружку горячего, приятно пахнущего напитка.

Какое-то время сидели молча, каждый думая о своем, затем Гунт повернулся к Мэйрону и неожиданно для себя спросил:

— Что вы думаете о Пири?

Капитан улыбнулся в усы и, сделав маленький глоток, выплеснул остатки через борт в море.

— Я от природы внимателен, Гунт. Есть такой грех, люблю наблюдать за людьми и делать определенные выводы из увиденного. Иначе как бы я держал свою эту свору вот здесь.

Мэйрон сжал кулак и, кивнув на рулевого, потряс им в воздухе.

— Капитан судна должен обладать решительностью и быть властным, — продолжил он, — но это не удержит команду от бунта, случись что. Требовательность к экипажу, справедливость в принятии спорных вопросов, вера в своих людей и инициативность — только это придает капитану дополнительное уважение и почитание моряков. И наблюдательность во всём этом играет далеко немаловажную роль.

Он разгладил согнутым указательным пальцем усы и усмехнулся.

— То, что касается Пири, скажу тебе так: ты ей небезразличен. Но вот что, Гунт, хочу тебя кое о чём предупредить.

Он поставил пустую кружку на стол и серьезно посмотрел на собеседника.

— Поверьте моему немалому опыту. Пири девушка необычная, и таких, как она, со стальным стержнем внутри очень мало. Но послушай моего совета, хотя думаю, ты благородного происхождения, и вас учат этим выкрутасам с детства. Но всё же если мужчина задался целью, он может добиться любой женщины, невелика хитрость. Но только мужчина, уважающий женщину, может расстаться с ней, не унижая ее. Это запомни, ведь у нас с вами впереди еще целых пять или шесть дней путешествия, и кто знает, встретитесь ли вы с ней еще когда-нибудь.

Пролив Дорка

Наступившее утро было более позитивным, чем прошлое. Все неплохо выспались и были веселы. За завтраком капитан Мэйрон обещал, что ближе обеду всех ждет незабываемое зрелище — проход судна через пролив Дорка. Ощущение еще то… ни с чем не сравнить. Все начали его расспрашивать, что да как, но он только отмахнулся, мол, сами всё увидите.

Через пару часов все вывалили на палубу посмотреть, что же такое этот пролив Дорка.

В зоне видимости два берега, они внешне почти неотличимы друг на друга. Между ними расстояние километра четыре или около того.

Когда до пролива оставалось примерно с километр, капитан приказал убрать паруса и сам встал за штурвал.

— Держитесь крепче! — крикнул он, внимательно вглядываясь в левый берег. — На это стоит посмотреть и ощутить!

Сначала ничего не происходило, затем корабль как бы приподнялся на непонятно откуда взявшейся волне и ухнул вниз, разгоняясь стремительно и мощно.

Матросы взобрались на веревочные лестницы и, крепко вцепившись в них, начали весело улюлюкать и свистеть.

«Хилот» скрипел, как старая телега, но разгонялся всё больше и больше, разрезая носом волны и пенные буруны.

Мэйрон вцепился в штурвал и, зорко наблюдая за впередсмотрящим, ловко крутил огромным колесом то вправо, то влево.

Левый берег приблизился настолько, что стала хорошо видна крепость и люди, стоявшие на ее стенах. По-видимому, это у них было единственным развлечением — наблюдать за проходившими через пролив кораблями.

Минут через десять сумасшедшей гонки берега обоих мысов остались позади, и «Хилот» выскочил на ровную морскую гладь, немного зарывшись в воду носом.

Матросы громко и радостно закричали, активно размахивая руками.

— Ставьте паруса! — устало скомандовал капитан. — Продолжаем путь.

— Капитан! — тревожно закричал с верхушки мачты впередсмотрящий. — Там!.. Посмотрите туда!

Мэйрон обернулся и тихо выругался.

С кормы их догонял двухмачтовый парусник, шедший на всех парусах. По его курсу и стремительно сокращающемуся расстоянию не было никаких сомнений в его намерениях. Это нападение.