Я поднимаюсь с дивана и выхожу в коридор. Не спеша двигаюсь в сторону нужной двери, разглядывая висящие на стене самые разнообразные картины. Однажды Рязанцев упоминал о том, как сильна у его жены любовь к искусству. Остановившись возле одной из них, я всматриваюсь в пейзаж, обращая внимание на то, как нанесены мазки и подобраны цвета. Идеально. Такую картину я бы хотела и в свой дом.

На меня будто выливают ведро ледяной воды, когда я вспоминаю, что дома-то у меня больше нет. Находясь рядом с Денисом, я забыла обо всех своих трудностях, ощутив долгожданный покой и обретя кусочек счастья. Пора возвращаться в реальность.

— Я не стал спрашивать при всех, Виталь, но что у тебя произошло с Романовым? — слышу голос двоюродного дяди из приоткрытой двери. Стою молча, боюсь пошевелиться. — Ты же помнишь, как он вытащил меня из той каши?

— Леха, конечно, я все помню. Но он в последнее время начал сдавать, — в тоне Рязанцева проскальзывают напряженные нотки. — И оставался в конторе только благодаря твоему делу.

— Ты бы не стал выгонять из-за этого.

— А с чего ты взял, что я выгнал его?

— С того, как ты выразился, — быстро отвечает мужчина. — Вы попрощались с ним. Если бы парнишка ушел сам, ты сказал бы иначе. Я слишком хорошо тебя знаю, Виталь.

— Он прокололся. Жестоко и не по-человечески поступил с хорошими людьми. Таким людям в моей конторе не место, — понизив голос, объясняет Виталий Андреевич. — Ты меня знаешь, я за справедливость.

— Не ожидал от него такого.

— Я и сам был уверен, что он нормальный мужик.

— А жена его? По-прежнему работает у тебя? — интересуется он, и в эту секунду я перестаю дышать.

— Работает. Она — отличный адвокат.

— Виталь, не хочу показаться бестактным. Могу ошибаться, конечно, — никак не унимается двоюродный брат. — Но лицо Ларисы, спутницы Дэна, мне показалось знакомым. Я точно видел ее раньше. Она случайно никак не связана с Вадиком?

— Лара — его бывшая жена, — прямо отвечает он.

И я понимаю, почему он это делает. Алексею не составит труда узнать информацию о любом человеке, если ему это потребуется. А судя по его заинтересованности, он вполне может это сделать. Поэтому вранье Виталия Андреевича будет дорого ему стоить. И все его лживые слова обернутся против Дениса или других членов семьи.

— Теперь понятно, почему она показалась мне знакомой, — произноси задумчиво. — Странно все это, не находишь?

— О чем ты?

— Несколько месяцев назад у Романовых все было отлично. А сегодня Лариса находится в компании нашего племянника. В качестве его женщины или в качестве адвоката? — догадывается он.

— Ближе к сути, Леша, — поторапливает его Виталий Андреевич.

— Денис сегодня сказал, что он не определился с адвокатом, — рассуждает Алексей. — Я думаю, это было сделано нарочно.

— Тебе бы в детективы, Лех, — усмехается Виталий Андреевич.

— Что если тот, кто копает под нашего племянника, заодно с этой парочкой? А девушка эта — для отвода глаз, — понизив голос, продолжает двоюродный брат Рязанцева. — Ты не думал об этом?

Прижавшись к стене, стою ни жива, ни мертва. Как же он лихо перевернул все с ног на голову. Неприятное ощущение расползается по телу, растягиваясь как нечто липкое, которое хочется поскорее смыть с себя. Но ответ Рязанцева помогает мне прийти вернуть холодную голову на место.

— Нет, я не думал, потому что это чушь собачья. Лару я знаю давно. У нее обостренное чувство справедливости как и у меня. И если бы ты знал, как Вадим с ней поступал, то так не говорил бы.

— Просто будь начеку, брат, — быстро произносит Алексей.

— Всегда, — произносит только одно слово, а затем я слышу приближающиеся шаги.

Я прохожу мимо кабинета, едва не сталкиваясь с двоюродным дядей Дениса. Мы обмениваемся холодными взглядами, и он понимает, что я все слышала. Не сказав ни слова, я следую в туалет, а затем поднимаюсь в отведенную нам комнату. Уткнувшись в подушку, я еще раз прокручиваю услышанный разговор, а затем от усталости и эмоционального напряжения проваливаюсь в сон.

Утро следующего дня начинается с неожиданной и неприятной новости — в серверной московского филиала произошло возгорание, которое было ликвидировано только спустя два часа.

— Рома, как такое могло произойти? — рычит Денис. — Новый год. Охрана слишком бурно отмечала? Что с камерами? Почему датчики не сработали?

Вяземский расхаживает по комнате туда-сюда, задавая один вопрос за другим. Денис пару секунд молчит, слушая ответы своего подчиненного, но вдруг повышает голос и в ярости сносит рукой светильник, располагающийся на комоде гостевой спальни. Красивая интерьерная вещица разбивается на мелкие осколки, но Вяземский этого, кажется не замечает.