Шрифт:
— Да я не придала этому особое значение, — быстро отвечаю, чувствуя себя как на допросе. — Бой курантов, шампанское, танцы. Теперь говорю.
— Лара, говори мне обо всем, что касается Вадима, поняла? — строго произносит Вяземский.
— Хорошо, — киваю.
— Каждое его действие несет в себе смысл, — продолжает он. — Возможно, ему нужна не только ты.
Дорогие читатели, сегодня действует скидка 30 % на мою книгу Заставь меня любить
https:// /ru/book/zastav-menya-lyubit-b333513
Глава 12
Сладко потянувшись на большой и удобной кровати, я медленно открываю глаза. Тянусь к мобильному, который находится на тумбе, и, разблокировав экран, смотрю на часы. Двенадцать.
Сегодня первое января. Обычно первый день нового года мы с Вадимом проводили у его родителей. Но мужа в моей жизни больше нет, теперь в ней вообще никого нет, кроме подруг и друзей, и я даже представить не могу, чем себя занять. Скорее всего, день будет посвящен просмотру новогодних и рождественских фильмов, что тоже весьма неплохо.
Я поднимаюсь с кровати, решая сразу же принять душ, и подхожу к двери. Поворачиваю ручку и сталкиваюсь с полуобнаженным Вяземским, который занес руку, вероятно, для того, чтобы постучать. Дыхание перехватывает от одного только его вида — на смуглой коже мужчины застыли несколько капель воды, а мокрые волосы рассыпались с легкой небрежностью. Мой изучающий взгляд скользит по плечам и груди, спускаясь к рельефному прессу Дениса. В глаза бросается дорожка из темных завитков, уходящая под идеально белое полотенце, обернутое вокруг его бедер, что напрочь сбивает меня с толку. Я чувствую, как лицо заливается краской, но самое ужасное — Денис все это видит. Не зная, куда спрятать взгляд от мужчины, я останавливаюсь на его лице.
— Доброе утро, Лара, — хрипло произносит он.
— Доброе утро, — я не узнаю своего голоса, который больше напоминает мышиный писк. Вот уж действительно доброе утро.
— Шкаф с моими вещами здесь, так что…
— Конечно, проходи, — я отступаю на шаг назад, пропуская Вяземского в комнату.
— Я в душ, — быстро говорю я и собираюсь уже выйти из комнаты, как голос Дениса останавливает меня:
— Лар, сегодня у Витали день рождения, — Вяземский открывает ящик с нижним бельем, и я, кажется краснею еще сильнее. Машинально отворачиваюсь.
— У Витали? — не сразу понимаю, кого он имеет в виду.
— У Рязанцева, — поясняет мой подзащитный.
— Да, точно. Вылетело из головы.
— Это будут семейные посиделки, там что с нарядом можешь не заморачиваться. Поедем к нему в особняк.
— Что значит поедем, Денис? — спрашиваю, нахмурившись.
— Ты поедешь со мной.
— Но ведь там соберется вся семья, — говорю я. — Я не поеду. Это ведь не…
— Лар, — голос Вяземского раздается прямо над моим ухом, — никого нельзя исключать. Тем более, Виталя будет рад тебя видеть.
— Он знает… о нас? — я поворачиваюсь к нему лицом. — В смысле о наших фиктивных отношениях?
— Конечно. Рязанцев — человек вести и справедливости, а еще я его любимый племянник. Он роет не меньше нашего.
— Тогда я до сих пор не понимаю, почему ты нанял меня, — честно говорю я.
— Ты — одна из лучших, Лара, — коротко отвечает он, смещая фокус внимания на мои губы.
— Спасибо, Денис, — выдавливаю из себя. — Но согласись, ситуация из ряда вон выходящая: адвокат живет у своего подзащитного.
— Ты живешь здесь не как адвокат, Лар, а как женщина, которая попала в непростую ситуацию, — его лицо находится так близко от моего, что я едва улавливаю смысл сказанных им слов. Притяжение между нами слишком очевидно, чтобы его отрицать. — Ты можешь быть адвокатом, моделью, врачом или же руководителем корпорации вроде моей — это не будет иметь никакого значения. Дело совсем в другом.
— Спасибо, Денис, — говорю с комом в горле. Я отлично понимаю, что он имеет в виду. — Но только не нужно меня жалеть, хорошо?
— Считаешь, я испытываю к тебе жалость, Лара? — произносит на выдохе, глядя мне в глаза так проникновенно, что я теряюсь.
— Надеюсь, что нет, — нервно сглатываю. — Потому что нам вместе станет работать гораздо сложнее.
— Нам уже непросто, — говорит серьезно. — Обоюдное влечение друг к другу слишком очевидно. Ты же не станешь этого отрицать?
От его слов мое дыхание становится частым, а во рту мгновенно пересыхает. Черт! Денис чересчур откровенен, хотя изначально я считала его закрытым человеком. Я чувствую к Вяземскому не только физическое влечение, душа тянется к нему. И это хуже всего. С «физикой» бороться гораздо проще, на этот счет всегда есть отличное решение. Но когда человек селится в твоем сердце, занимая при этом определенное место — это куда сложнее.