Рефлекторно запускаю руки под его футболку, упираясь в стальной пресс. Пальцы касаются разгоряченной кожи, и я полностью перестаю себя контролировать. Желание накрывает с головой. Быстрое, сильное и всепоглощающее. Я никогда раньше не испытывала такого. Поврежденной рукой мужчина обхватывает талию, а затем медленными, но властными движениями он ведет вдоль позвоночника. Каждая клеточка тела буквально вибрирует в горячих объятиях Дениса.

Я стягиваю с него футболку и приникаю к рельефной груди, цепляясь пальцами за плечи Вяземского. Сердце бьется в учащенном ритме, а внизу живота хаотично пульсирует. Голова кружится от мучительного наслаждения, которое я испытываю в тот момент, когда он углубляет поцелуй, вытворяя языком нечто невообразимое. Из груди вырывается рваный стон удовольствия, который Денис заглушает снова.

— Лара, — хрипит мне в губы, — к черту день рождения.

Я едва соображаю, что он говорит — это словно какое-то наваждение, которое через несколько секунд прекращается из-за звонящего мобильного Вяземского.

— Да кто опять? — он достает гаджет из кармана и, глядя на экран, смягчается. — Слушаю, мам.

— С Новым годом, сынок, — слышу мелодичный голос и делаю попытку отстраниться, но мужчина еще крепче прижимает меня к себе. — Когда вас ждать? Все уже собираются.

— И тебя с новым годом, — отвечает он с улыбкой, проводя указательным пальцем по моим губам. — Мы выезжаем, мам.

— Давайте, не опаздывайте, — говорит она и отключается.

— Надо ехать, — он быстро целует меня. — Продолжим позже.

— Поехали, Денис.

Денис помогает мне забраться в автомобиль, а затем обходит внедорожник и садится на водительское сидение. Как только мужчина выезжает со двора, он опускает свою руку на мою, чуть сжимая. Я разворачиваю ее ладонью вверх и переплетаю наши пальцы, и в эту секунду на лице Вяземского возникает улыбка. Он не поворачивается ко мне, следит за дорогой, зато мне удается хорошо рассмотреть его профиль.

В очередной раз отмечаю, как он красив. Высокие скулы как и двухдневная щетина придают Денису мужественности, а взъерошенные волосы после шапки создают легкую небрежность, что несомненно идет ему. Чуть заметная ямочка проступает на щеке. Взгляд невольно скользит ниже, спускаясь к губам, вкус которых я ощущала некоторое время назад.

Запрещаю себе так откровенно разглядывать мужчину и отворачиваюсь к окну. Теперь мои мысли занимает лишь предстоящая встреча с родственниками Вяземского. Особенно с родителями. Если про его маму я что-то и слышала, то об отце он не говорил ни разу.

— О чем задумалась? — интересуется Денис.

— Как я предстану перед твоей мамой, — поджимают в губы. — В качестве кого?

— Моей девушки, — безапелляционно произносит Вяземский.

— Станешь обманывать? — удивленно восклицаю.

— А разве это обман, Лара? — От его хрипловатого голоса по коже прокатывается рой мурашек.

— Но ведь между нами лишь договоренность, Денис, — тихо возражаю.

— Маме об этом знать необязательно, — чуть помедлив, спокойно отвечает он.

Ждала ли я другого ответа? Нет. Несмотря на невероятное притяжение между нами, я не готова нырнуть в омут с головой. Но он так близко и так манит, что в конце концов я сдамся. Вопрос — когда?

Мы въезжаем на территорию большого особняка, где мне уже несколько раз приходилось бывать. Он величественно возвышается на фоне других домов, притягивая к себе внимание, стоит только заехать на территорию коттеджного поселка.

— Много человек соберется?

— Не меньше тридцати, я думаю, — спокойно отвечает Денис.

— Сколько? — восклицаю удивленно.

— Не волнуйся, — произносит Вяземский, помогая мне выбраться из внедорожника. — Все будет хорошо.

— Я не волнуюсь, — вру я.

Как можно не волноваться? Во-первых, я замужем, и муж мой не Денис. Во-вторых, я не знаю, что такое семейные посиделки. Моих родителей не стало, когда я была еще маленькой, мы остались вдвоем с бабушкой, мне было хорошо и спокойно. С родителями бывшего мужа я тоже чувствовала себя в своей тарелке. Но тридцать родственников Вяземского — это нечто запредельное. Каждый из них будет смотреть на меня, оценивать.

— Виталя, с днем рождения! — восклицает Денис, когда мы переступаем порог его дома. Мужчины обмениваются рукопожатиями.

— Виталий Андреевич, здравствуйте, — произношу я. — С днем рождения!

— Спасибо, — я вмиг оказываюсь в объятиях начальника. — Лар, давай сегодня без Андреевича, хорошо?

— Хорошо, — смеюсь я.

— А вот и мой дорогой сын пожаловал, — из гостиной выплывает невероятно красивая женщина, как две капли воды похожая на Дениса.

— Привет, мам, — мама Вяземского тут же заключает сына в свои объятия.