— Что именно? — нахмурился Геннадий Петрович.

— Противопожарные клапаны на воздуховодах, — пояснил Малинин. — Мы отключили электричество на объекте, и после этого провели тест давлением. Где-то в системе есть серьёзная утечка, а значит, как минимум на одном клапане не сработала возвратная пружина. В случае пожара из-за короткого замыкания это может привести к задымлению или даже распространению огня через систему вентиляции.

— Да, я понимаю, это действительно серьёзно, — согласно кивнул Геннадий Петрович и повернулся ко мне. — Алексей, пусть Чарли меня найдёт. Запустим его в вентиляцию, он нам неисправный клапан за пять минут найдёт.

— Оригинально! — хмыкнул Малинин и сделал пометку в своём блокноте.

Следующим поднялся Краснов, ответственный за безопасность.

— У меня замечание опять же по пожарной сигнализации, — объявил он. — В дальних концах коридоров и в подсобках сирену едва слышно. Если люди спать будут, или вода в душе шуметь — могут и вовсе не услышать.

Тут поднялся наш проектировщик, Кирилл, парень чуть постарше Майи, который работал в составе проектной группы с самого начала, и теперь отправится вместе с нами в экспедицию. Это для него мы искали дублёра, когда нашлась Катя.

— По проекту везде должно быть слышно одинаково хорошо, — уверено ответил Кирилл. — Сверим расчёты с фактическим положением дел. Если ошибка в проекте — внесём коррективы, усилим мощность динамиков. Если косяк монтажников — переделают. В любом случае за пару дней управимся, да, Роман Николаевич?

— Да управимся, конечно, — подтвердил тот.

— Вот и ладно, — кивнул Краснов и тоже сделал себе пометку.

Тут заговорил один из аномальщиков, Карпов.

— Кстати, вопрос, скорее всего, проектировщикам. Мы тут с коллегой знатно по объекту побегали с рациями. И обнаружили целую кучу «мёртвых зон». Самые проблемные места — башни пулемётных гнёзд, внутри связь почти не ловит. Но хуже всего то, что связь не работает за стеной. Нужны дополнительные ретрансляторы, я считаю.

Кирилл только тяжело вздохнул.

— Дааа, беда… — протянул он, почесав затылок. — Эти стены толщиной в два метра, и внутри тонны арматуры. Тут наша недоработка, конечно. Что, впрочем, неудивительно — проект-то на белую нитку свёрстан. Ретрансляторы найдём, схему их расположения составим. Но это займёт больше времени, чем два дня.

Карпов покачал головой, переглянулся с генералом и записал что-то в свой планшет.

А я сидел и думал, как же это мы сами не догадались связь проверить как следует? Мы же с этими рациями по полигону сколько бегали — вот что стоило по объекту побегать? Но, к счастью, это всё поправимо. Неисправимых косяков комиссия пока не нашла.

Валентина и Ковалёв сидели во главе импровизированного стола и внимательно слушали все эти переговоры. Иногда Валентина что-то негромко комментировала генералу, тот кивал или качал головой. Но в целом в разговор не встревали, давая специалистам самим разобраться.

Островский тоже сидел рядом с ними, мрачнея с каждым выявленным недочётом всё больше и больше. Да и как тут не мрачнеть? Всё это надо было предусмотреть раньше, конечно. Но что теперь? Будем работать с тем, что есть.

— Коллеги, есть у кого ещё что сказать? — спросил Ковалёв, когда, казалось, все уже выговорились.

Тут руку поднял Ершов.

— У меня вопрос! Вы добро на завоз материалов даёте? Неделя ведь остаётся!

— Открытые площадки хранения точно да, — Ковалёв решил ответить лично, — под насыпной грунт, под технику, ВПП проверили, тоже нареканий нет, можете сажать птичек. А вот вертолёт пусть подождёт, перекрытия складского комплекса ещё не проверены. Сам же склад мы принимаем, его можно наполнять. Цистерны ещё не проверены, да, товарищи?

— Не успели пока, — ответил кто-то из комиссии.

— Вот, собственно, — Ковалёв повернулся к Ершову. — Всё, кроме жидкостей и вертолёта.

— А вот мы когда материалы завозить начнём, — не успокоился Николай Егорович, — много машин разом будет, пробки могут образоваться. Это ничего?

— А ведь вы правы! — встрепенулся Ковалёв. — Поедут преимущественно с МКАДа, и встанут в очередь на разгрузку. Надо с ГАИ схему заезда согласовать, регулировщиков опять же запросить. Отличная идея.

Ершов просиял. У него редкий день без выговора со стороны начальства проходит, а тут аж целый генерал похвалил!

— Вот вам, Николай Егорович, мы и поручим её реализовать, — очень по-доброму подмигнула ему Валентина.

У того аж улыбка с лица сползла. Ну а что вы, товарищ Ершов, хотели? Инициатива она такая!

На этом совещание закончилось. Дел невпроворот, а времени в обрез, так что болтать некогда.

Я уже собрался уходить, как раз поджидал Майю, когда заметил, что ко мне целенаправленно двигаются аномальщики из комиссии — Карпов и Зверев.

«Ну всё, сейчас и до меня доберутся», — обречённо подумал я. И точно — подошли, встали напротив, скрестив руки на груди. Самая доброжелательная поза, ничего не скажешь.