Шрифт:
Письмо я в тот же день передал Валентине, и она пообещала лично проконтролировать, чтобы оно достигло своих адресатов.
Я уже и думать забыл про то письмо. Неожиданно о нём на очередном совещании напомнила Валентина.
— Алексей, можешь передать артельщикам, что их просьба исполнена, — сообщила она. — Ответное письмо, если и будет, то уже обычной почтой.
— Спасибо, — поблагодарил я. — Сразу после совещания.
Саша, которого я ради этой новости выдернул с очередной тренировки, не удержался от широкой улыбки и поблагодарил меня за содействие, после чего вернулся в строй и быстро сообщил что-то своим. А я отправился дальше, к Островскому. Нам предстояло окончательно утвердить списки участников Экспедиции.
— Ромашкин?
— Профессор дал добро, его организм уже в норме.
— Отлично. Степанин? Подтянул боевую подготовку?
— В целом да. Вчера на стрельбище уже восемь из десяти стабильно выбивал.
— Замечательно…
Под вечер у меня уже просто рябило в глазах от имен и фамилий, тем более что по списку мы прошлись не раз и не два раза, чтобы точно никого не упустить.
— Чарли? — в конце концов с улыбкой спросил Пётр Викторович.
— О, этот всегда готов! — рассмеялся я. — За любой кипиш, кроме голодовки!
— Это точно! Знаешь, я тут поймал себя на мысли… — командир стал как никогда серьёзным. — По-моему, Чарли приложил больше всех усилий, чтобы сплотить наш отряд. Все его обожают, всех он подбадривает, развлекает, примиряет. Настоящий мохнатый талисман! И, мне кажется, он умнее, чем хочет чтобы про него думали.
— Тебе не кажется, — усмехнулся я. — Просто он скромный парень.
Мы ещё какое-то время посмеялись над нашим скромнягой, а потом Островский решительно захлопнул папку с бумагами.
— Ну что ж, — сказал он, поднимаясь из-за стола. — Кажется, мы готовы к госкомиссии!
Глава 10
Госкомиссия
7 дней 06 часов до отправки
Ранним утром, когда солнце едва успело выглянуть из-за МКАДа, на КПП объекта «Пульсар» появился целый ряд машин. А на крыльцо административного корпуса повалили сотрудники, чтобы встретить гостей.
Первой, прямо напротив входа, остановилась чёрная «Волга» с затемнёнными стёклами. Из неё неспешно, расправив плечи, выбрался мужчина лет пятидесяти пяти в военной форме. Генерал-лейтенант, судя по отливающим золотом погонам. С заднего сиденья вышли ещё двое, одетые в одинаковые чёрные кожаные плащи.
— Михаил Андреевич! — с радостным выражением на лице вышла вперёд Валентина Морозова. — Рада вас видеть! Разрешите доложить: объект «Пульсар» к проверке готов в полном объеме!
— А вы всё хорошеете и хорошеете! — широко улыбнувшись, генерал вместо рукопожатия чуть склонился к протянутой ручке.
— Это всё свежий воздух, — усмехнулась Валентина и повернулась к руководству экспедиции. — Коллеги, прошу любить и жаловать, генерал-лейтенант Михаил Андреевич Ковалёв! Человек с огромным опытом и мой давний и хороший знакомый!
— Но поблажек не ждите! — генерал шутливо погрозил пальцем. — Проверять будем по всей строгости.
— Очень на это рассчитываем, товарищ генерал-лейтенант, — Валентина напротив, ответила абсолютно серьёзно.
За «Волгой» Ковалёва тем временем притиснулись ещё несколько автомобилей — парочка «Волг» и даже один «Рафик». Всего, на беглый взгляд, комиссия состояла человек из пятнадцати.
Когда все выгрузились, как-то само так получилось, что мы выстроились с комиссией друг напротив друга, хоть и не парадным строем.
— Позвольте представить руководство экспедиции, а также ответственных и причастных.
Валентина принялась перечислять всех поименно, называя должность и обозначая сферу ответственности, начиная с Островского и вплоть до начальника склада. Вроде и людей не так много, но казалось, что перечисление это не кончится никогда. Наконец, она слегка ударила себя ладонью по лбу и сокрушенно покачала головой:
— Ой, совсем упустила из виду, и чуть не забыла самого главного, — она показала в мою сторону, но опустила руку пониже, — наш специалист по командообразованию, Чарли!
Услышав своё имя, енот вышел из-за моей ноги и замер с важным видом, вытянувшись и гордо вскинув мордочку.
Ковалёв от души улыбнулся. А за ним и прочие члены комиссии, расслышав имя, заулыбались. Конечно, Чарли у нас знаменитость, его по телевизору даже показывают!
Только одному из гостей происходящее не показалось весёлым. Мужчина лет шестидесяти пяти, высокий и сутулый, с землистым лицом закаленного труженика, поморщился. Он стоял в конце строя, засунув руки в карманы драпового пальто, и откровенно скучал.