– Если кто-нибудь случайно наблюдает за мной, - сказал Кайден, наклоняя голову в сторону библиотекаря, сидящего за его столом, и строго обращаясь к смущенному Блинку, - все, что они увидят, это мерцание между тем, когда я ухожу и когда возвращаюсь.

Алекс наморщила лоб, прежде чем ее осенило понимание.

– Верно. Временной парадокс.

Кайден кивнул.

– В одну секунду я здесь, затем Атора забирает меня на тренировку, а затем в ту же секунду я возвращаюсь сюда, и никто ничего не знает.

Алекс поразилась чуду всего этого и последовала за ним, когда он начал двигаться к лестнице, ведущей из Библиотеки и из здания Башни.

Пока они направлялись к своим общежитиям, Алекс пыталась разобраться в чудовищности того, что она узнала. О том, что Кайден знал о ней. О том, что мог сделать сам Кайден.

– У меня вопрос, - сказала она, когда они пробирались по снегу.

Кайден сделал паузу, поэтому она тоже остановилась и повернулась к нему лицом.

– Только один?
– сказал он с кривой улыбкой.

Алекс вернула себе прежнее выражение лица и призналась:

– Ну, нет. Но пока только один.

– Тогда валяй.

– Если у тебя есть способность использовать так много даров, - сказала она, все еще пытаясь осознать масштабы его силы, - тогда, когда мы были у сэра Освальда, и ты понял, что Джордан и я были взяты в плен, почему ты просто не ворвался, стреляя из всех пушек?

– Из всех пушек?
– повторил Кайден со смешком.
– Я предполагаю, что это должно быть фреянское выражение.

– Шшшш!
– прошипела Алекс, прыгая вперед, чтобы прикрыть ему рот, и дико озираясь по сторонам.

Она почувствовала, как его тело задрожало под ее рукой, и когда снова повернулась к нему, его глаза сияли юмором. Алекс поспешно опустила руку и снова отступила назад.

– Сейчас уже больше девяти вечера, а мы стоим на улице посреди зимы, - сказал Кайден.
– Только идиот будет здесь шпионить за нами. И, - добавил он, - с твоими обостренными чувствами, я уверен, ты бы знала, если бы это было так.

Алекс внутренне и внешне съежилась от того, что он узнал еще один ее секрет.

– Ты действительно много узнал обо мне, да?

– Я понял, что что-то изменилось после того, как увидел, как ты сражаешься с Эйвеном у сэра Освальда, - сказал он, не потрудившись опровергнуть ее слова.
– Я даже сказал тебе, что никогда не видел, чтобы человек двигался или сражался так, как ты, не говоря уже о том, чтобы противостоять меярину.

– Ты не требовал ответов, - сказала Алекс, вспомнив, как он отпустил это, но заставил ее пообещать обратиться за помощью, если она в этом нуждается. Затем мягко добавила: - Я была действительно благодарна за это.

Кайден пожал плечами.

– Чтобы ответить на твой вопрос о той ночи и успокоить твои прежние опасения по поводу моей гипотетической мании величия, - он все еще выглядел слишком удивленным этим, - хотя мой дар означает, что я потенциально могу многое, у меня также есть некоторые строгие ограничения.

Алекс просто смотрела на него, ожидая, что он продолжит.

– Для меня чрезвычайно сложно использовать дары других людей, - признался он.
– Это требует большой концентрации, если я хочу иметь какой-либо контроль.
– Он обвел рукой кампус.
– Ученики Акарнаи годами учатся только для того, чтобы научиться управлять своим собственным, единственным даром. Теперь умножь это на количество способностей, из которых я могу выбирать, и ты получишь представление о том, сколько усилий мне требуется, чтобы контролировать то, что я могу делать.

– Звучит утомительно, - предположила Алекс.

– Так и есть, - подтвердил он.
– В зависимости от конкретной способности, которую я использую, это может очень быстро истощить мою энергию. Поэтому я должен быть осторожен в том, что делаю и как долго.

Алекс кивнула, зная от таких людей, как Джордан и Скайла, что активация некоторых даров требует усилий и через некоторое время становится утомительной.

– Я также могу использовать только один дар за раз, - сказал Кайден.
– Я не могу читать чьи-то мысли, используя, например, трансцендентность Джордана. Либо одно, либо другое.

Алекс снова кивнула, поскольку это имело смысл.

– Итак, в ту ночь у сэра Освальда, - продолжил Кайден, - как только мы поняли, что что-то пошло не так, я решил, что использование дара восприятия и осознания Охотника - лучший способ, так что, когда мы с Декланом ворвались «во всеоружии», я точно знал, где выпустить несколько выстрелов из стабилизатора, чтобы отрубить людей, прежде чем эта женщина-телекинетик поймает нас в свои объятия. Но, к сожалению, - добавил он, - я не знал о женщине, сводящей все на нет, которая помешала мне после этого заниматься чем-то еще.