– Поспорить, кто спорит – тот …. не стоит… Дельные предложения будут?

– Нужно провести сортировку тел. Все тела Одаренных нужно уничтожить во избежание. – Жестко ответил я.

– Ты издеваешься? Да каждый второй Одаренный – дворянин. Нас потом родственнички их на куски порвут. – Рыкнул Володин.

– Борис Геннадьевич, вот вас сейчас в данной ситуации действительно волнует мнение дворянских семей? – Искренне удивился я.

– Честно говоря, нет. Но и такое издевательство…

– Это не издевательство. Воспринимать это нужно исключительно как превентивную меру. В противном случае, погибших будет гораздо больше. – Ответил я.

– Да я прекрасно понимаю все это, Матвей. Просто это довольно жестоко.

– Какие времена – такие нравы. – Пожал я плечами.

– Мы пытались выяснить, у кого есть подобные случаи. В семи больницах и госпиталях подтвердили нападения, а один госпиталь перестал отвечать на звонки. И не понятно – это связь барахлит, или там теперь никого из живых нет. – Вдруг сказал Володин.

– Неприятные новости. – Я уселся на подоконник, спиной опираясь на раму. – Сколько у нас осталось медперсонала в строю?

– Из врачей – семь, включая тебя и меня, - Усмехнулся Володин, - из медсестер и санитаров – двадцать один человек.

– Очко! – Я хлопнул в ладоши. Меня понемногу накрывало откатом от прошедшего.

– Чего? – Не понял Володин.

– Игра такая карточная есть, Борис Геннадьевич, не заостряйте внимание. Там просто, когда двадцать одно очко набираешь, нужно громко говорить: «Очко!», и тогда ты считаешься победителем. – Усмехнулся я.

– Ладно, победитель, сортировку мы проведем, и тела Одаренных утилизируем, ты лучше ответь мне на вопрос – ты как с автотранспортом управляешься?

– Нормально, три категории есть. – Ответил я, не понимая, зачем это сейчас понадобилось выяснять моему начальнику.

– Хорошо. – Кивнул Володин, - У нас начинаются проблемы с медикаментами, а подвоза, сам понимаешь, непонятно, когда ждать. Сможешь съездить до склада, откуда мы получаем медикаменты, загрузиться и вернуться назад?

– Смогу, в принципе, не проблема. – Кивнул я. – А куда ехать нужно? Может, полицию попросим сопровождение дать?

– Ха, полиция снялась от нас, пока ты был в морге. Им приказ пришел возвращаться в управление. Так что они, даже толком никому ничего не сказав, собрались и свалили, благо медсестру с гинекологии поймали и ей сказали сообщить, что они нас больше не охраняют. Так что мы теперь сами по себе, и лечим и защищаемся сами. А адрес я тебе дам, даже накладные выпишу на тот случай, если там кто-то живой есть.

– Пи…ц! – Одним эмоциональным словом я выразил все свое возмущение, царившее внутри меня.

– Не знаю такого слова, если честно, но явно оскорбительное. Но ты прав, это – пи…ц! – Кивнул Борис Геннадьевич и развернулся в сторону коридора, - пойдем, дам тебе документы и выпишу пропуск, и ключи заберем от грузовика на стоянке. Они должны в бюро справочном быть…

Глава 4. «Голубое Пламя в Северной Пальмире».

Первая выкладка:

РИ, Москва, Кремль, личный кабинет императора Александра Четвертого, 4 августа, 06.00

Император не ложился всю ночь. Обычно он довольно рано вставал, тренировался с дворцовыми для поддержания навыков, и уже в семь утра завтракал и приступал к делам, но всю прошедшую ночь император так и не сомкнул глаз. Всю ночь поступали доклады из Петербурга, и все каждый был безумнее предыдущего. Общее число зараженных за несколько дней перевалило за несколько десятков тысяч, а по прошествию трех полных суток от начала эпидемии появились непонятные твари, которые просто атаковали каждого, кого видели, некоторые даже докладывали, что эти твари жрали незараженных… В столице царила настоящая анархия, не смотря на то что в Петербург уже прибыли воинские подразделения, но и их не хватало для контроля. По этому вчера император отдал приказ о переброске еще нескольких полков к столице…

И вот наступило временное затишье. Целый час до начала новых докладов. Император приказал принести ему кофе и пару сэндвичей, и сейчас наслаждался ароматом крепкого свежесваренного напитка.

Немного тишины и кофе… Именно то, что сейчас нужно, для того чтобы привести мысли в порядок и подготовиться к новой рабочей эстафете…

Александр даже скинул свои строгие туфли и с удовольствием вытянул ноги под столом, откинувшись на высокую спинку кресла...

Стук в дверь прервал блаженное состояние императора. И судя по стуку, это был не Трубецкой…