– Доброе утро, Матвей! – Поздоровался мой непосредственный начальник, присаживаясь за стол, - выспался?

– Доброе утро, Борис Геннадьевич, да, отдохнул и полон сил! – Улыбнулся я, пожимая протянутую руку.

Вообще, сегодня я собирался сегодня ночью наведаться в поместье Юсуповых. Князь не покидал столицы, находясь в негласной опале у императора, простым общественным доказательством этого факта было то, что Юсуповы не получили приглашение на императорскую трибуну в Москве. Главное, чтобы он не покинул петергофское поместье, отправившись на свою вотчину в Магадан, но это вряд ли. Слишком много семейного бизнеса Юсуповых было завязано на услуги Долгоруковых. И последние месяцы князь Юсупов и его наследник старались всеми возможными путями преодолеть сложившийся кризис…

С адресом тоже не было проблем. Все главные поместья старшей аристократии являлись памятниками архитектуры, и их адреса можно было найти практически везде от простого путеводителя до исторической энциклопедии. А уж как проникнуть внутрь, будем разбираться на месте. Опять же, я не зря прошлые два месяца ударными темпами осваивал родовую школу Боярских…

Оставался только один вопрос – ставить ли в известность Володина? Варианта у меня два: первый – просто по-тихому свалить из больницы ночью и вернуться утром, но я не уверен, что обернусь за одну ночь, тем более что сейчас они очень коротки, второй – договориться с Борисом Геннадьевичем, чтобы он был в курсе, и меня никто не хватился искать ночью.

– Борис Геннадьевич, - Я все же решился попробовать действовать по второму варианту, - я могу вас попросить о личной просьбе?

– Конечно, - Кивнул Володин, - все, что смогу.

– С вашего разрешения я хотел бы уехать из больницы сегодня вечером и до завтрашнего утра, возможно, до полудня. Вы позволите?

– У тебя что-то случилось, о чем я должен знать? – Вопросительно посмотрел на меня начальник отделения.

– Вообще, нет, но в том-то и проблема, что я не знаю, что с моим имуществом, и людьми, что служат нашему роду, - Соврал я, - и мне хотелось бы добраться до квартиры деда и заехать в наше поместье, проверить как там дела. А ночью возвращаться мне бы не хотелось. Лучше уж после рассвета.

Хотя, эти вопросы меня тоже волновали, но я прекрасно понимаю, что сейчас Юсуповы – первоочередная задача. Я и так с этим затянул…

Володин размышлял около минуты, пока пил сладкий чай.

– Хорошо, но только до полудня. Дальше буду поднимать тревогу и бить в барабаны. – Кивнул мой начальник.

– Спасибо, - Кивнул я, - да только какой смысл бить в барабаны, если его никто не услышит?

– Великая Княжна вполне услышит, - Усмехнулся Володин, - а е нее здесь есть один князь, который приходится ей крестным, и почему-то мне кажется, что она сможет убедить его тебя найти и вытащить из очередной задницы, в которую ты лезешь.

– А почему вы сразу думаете, что я в заднице окажусь?

– Если гора не идет к Магомету, то Магомет сам придет к горе. – Усмехнулся в ответ Борис Геннадьевич, - ты прекрасно находишь приключения на свою голову и без посторонней помощи, так что я уверен, что, если ты не вернешься вовремя, то опять попадёшь в какую-то переделку. Так что я лучше подстрахуюсь. Нет никакого желания терять талантливого специалиста. Но и останавливать тебя не буду, знаю, что не получиться.

Я молча кивнул и задумался сам. А ведь и правда. Я в последнее время бросаюсь в гущу событий, словно юнец, опуская рассудительность и взвешенность действий. Так сильно поверил в себя? Или слишком переоцениваю свои силы? Что же это? Уже старческая глупость или юношеский максимализм, играющих в крови гормонов? Или просто психологическая усталость в связи с огромным потоком событий вокруг меня в последние годы? Стоит об этом подумать более тщательно. Но не сейчас. Когда все закончиться. Да, обещаю, что уделю этому вопросу время…

* * * * *

Москва, Кремль, личный кабинет императора Александра Четвертого, 6ое августа, 12.00

Последний час император Александр Четвертый провел за разговором с князем Волконским. Князь Волконский был практически родственником императорской семьи, являясь старшим братом императрицы, с которой у него было почти двадцать лет разницы в возрасте, а также крестным отцом старшего сына и второй дочери Императора.

Новости, принесенные князем, были сугубо положительными. Во-первых, нашлась Екатерина. Она была в городской больнице Святого Георгия, которая находилась под шефством рода Скуратовых. Как понял император, дочь заразилась этой новой болезнью, но ей смогли оказать помощь. И кто бы мог подумать, кто окажет такую помощь в столь сложное время? Волков! Тот самый байстрюк Боярских и Долгоруковых, что совсем недавно преподнес ему залежи мифрила на дне Байкала и, фактически, помог разобраться с Долгоруковыми, которые уже несколько десятков лет мутили воду в империи, но их никто так и не мог поймать, как говориться, за руку… А теперь он еще и спас жизнь его дочери… Еще и князю Волконскому помог в операции по зачистке подстанции, не только как Лекарь, но и как сильный боец – Одаренный… Но и не это главное. Главное, что именно этот двадцатилетний мальчишка смог подобрать способ лечения от этой гадкой болезни! Да, мальчишка не мог знать, как сильно эта болезнь подкосила население столицы и империи в целом. Как и не мог знать, что именно о нем уже поползли слухи в Москве, что именно он смог подобрать ключик к лечению болезни, от которой всего за неделю погибло почти восемь тысяч простых человек и около полутора тысяч средних Одаренных! Эх, везучий и талантливый мальчика… Может стоить его связать с императорским родом?... Стоит об этом подумать на досуге… И его предприятие развивается семимильными шагами… Такой волчонок очень скоро заматереет, и его слово будет весить очень много в империи… А, возможно, и не только в империи… Такого выгоднее иметь в союзниках, а не в соперниках… Да, стоит подумать…

Император поднял руку с дымящийся сигаретой и крепко затянулся, выпуская табачный дым через нос в сторону распахнутого окна.

– О чем задумался, брат? – Поинтересовался сидящий в мягком кресле брат императора, Великий Князь Михаил Васильевич.

Император вздрогнул, вспоминая, что он не один сейчас в кабинете.

– Да есть несколько мыслей. – Кивнул император, возвращаясь в кресло за рабочим столом, - во-первых, раз теперь мы знаем, как бороться с этой заразой, нам нужно максимально быстро собрать большое количество целителей с рангом от Мастера и выше и переправить их в столицу. Пусть помогают вывести столицу из карантина, а империю – из кризиса. Во-вторых, нужно перекинуть часть гвардии в столицу для опеки Екатерины. С ней я буду говорить лично, когда мы сможем вернуться. Пока пусть у крестного погостит под защитой…

– А что будем делать с генерал – губернатором столицы? – Задал вопрос Михаил Васильевич.

– Князя Милославского мы отправим на пенсию. Он, как чиновник, показал свою полную несостоятельность в текущем кризисе. – Поморщился император.

– Но отправим почетно? – Уточнил Великий Князь Сибирский.

– Да, - Кивнул Александр, - портить отношения с Милославскими мы не будем. Не до того сейчас. Пусть лучше у себя на вотчине, в Королевце бал правит.

– И кого же будем назначать на пост главы столицы? – Усмехнулся Михаил Васильевич.