Ему, конечно, придётся отдать деньги Саймона в казну, но большая часть уже грамотно «затерялась» и пойдёт на создание новых носителей «D» угроз. Теперь не надо унижаться и выпрашивать экоины у Совета.

«Всё благодаря тебе, жадная ты крыса», — усмехнулся Кайзер.

Это была месть за павших товарищей. Всё в этой жизни возвращается сторицей, вот и убийцу-Саймона не миновала сея участь: крысолюд в ссылке, его дом сожжён и разграблен, один из учеников убит, а остальные в опале и пропали без вести в мусоросбросе.

Оттуда ещё никто не возвращался спустя сутки. Возле каждого колодца без устали дежурят наряды Красных плащей. Даже если беглецы выберутся — их ждёт «тёплый» приём.

«Вот как жизнь повернулась, Саймон, отсидеться в сторонке не получилось. Мы ещё повоюем, повоюем…»

* * *

Ник и Саймон достигли военного городка на границе с равнинами Спокойствия и остановились в гостинице для офицеров. Формально они ими не являлись, но любой Красный плащ по рангу выше рядового мага и обладал широкими полномочиями. Так что им достались чистые и опрятные кровати, два раздельных номера и скромные преимущества в виде ванной (простая бочка) с горячей водой и подачей еды в номер.

Варанов, как и всю амуницию, токлнули скупщикам. Те ещё воротилы. Цены принижали до самого плинтуса, но Саймону удалось популярно объяснить жадным купцам, что их ждёт в случае обмана. Правда, он употребил другое слово, уже матерного характера.

И это подействовало.

Слава сенсея шла впереди него. Оказывается, один из барыг был на том самом поединке с гранд-мастером в качестве зрителя, и их тут же обслужили по особому тарифу. Под кодовым словом «Честный».

Ник забрал себе артефакторный шлем, пару защитных браслетов (Больше не было — только кольца, а они не подходили из-за специфики оружия. В кастетах пальцы моментально сломаются) и плащ улучшенного зрения. Последний по ощущениям добавлял чёткости при всматривании вдаль и вблизи. По ходу один из нападавших имел проблемы со зрением. В Андервуде очки не обязательно было носить — этот недуг мог сгладить любой другой артефакт.

«На равнинной местности пригодится», — подумал парень и с лёгким сердцем расстался с остальными побрякушками. Сенсей, понятное дело, ничего себе брать не стал — его интересовал только чистый барыш. Страсть к деньгам никуда не делась, и он скрупулёзно вычел из общих средств сумму обновок своего ученика.

За всё про всё им отсыпали десять тысяч экоинов. Да немного, но продать дороже не получится — возникнут вопросы, откуда вараны, откуда снаряжение и прочее. В самом Андервуде за уровнем преступности пристально следили, нежели на отшибе Республики, где скупали абсолютно всё.

Емировы камни с кошельков жертв продавать не стали — схоронили про запас. Сенсей, кстати, тут же пополнил свой, купив на все деньги руду.

— Если что потом продам, к чему простые железки в пути?

Справедливо. Кочевники признавали только одну валюту — емировы самородки. Так что Ник поступил так же.

Вышло всего лишь восемь больших камней. Курс тут, конечно, кусался. Четыреста экоинов за средний образец. Тогда как в городе можно было за такую же сумму купить большой, размером с два кулака.

Всё это добро после измельчения отправилось в бочонок к Принцу. На остатки средств добрали еды и наняли проводника. Перед выездом решили развеяться в одном из трактиров и чуть не вляпались в приключение.

Учитель полез похотливыми ручонками лапать дочь какого-то местного кочевника-вождя, а та и рада была вниманию известного мага. Чего не скажешь про разъярённого отца. В общем, неизвестно чем это могло кончиться, и полукровка свободно выдохнул, только когда покинул перевалочный пункт.

Шли пешком, чтобы не нагружать Принца. Путь предстоял долгий. Они, конечно, могли оставить ещё двух варанов, и ускорится, но прокормить потом такую ораву не получится. Жалко терять актив в тысячу экоинов на ровном месте. Так-то они стоили в два раза дороже, но тариф «Честный»… Короче, продали и продали.

Пустыни в привычном понимании не было. Вся местность пестрила зелёной травой. Иногда пещеры могли тянуться на многие километры, даже не думая заканчиваться, а бывало, что два шага пройдёшь и тут же развилка. Причём не в три стороны, как это бывает в сказках, а во все семь, восемь, а то и девять.

Входы в эти туннели призывно стояли рядом друг с другом, и если не знать, какой выбрать, то с лёгкостью можно затянуть путешествие на лишние полгодика. К слову, эти проходы бугрились кочками, а мох, вперемежку с зеленью, рос даже на стенах и потолке.

Когда «мостик» между двумя пещерами заканчивался, путешественники снова топали по безжизненной равнине. В смысле безлюдной.

Сопровождал их пятнадцатилетний парнишка. Единственный, кто согласился им помочь после того казуса с дочкой вождя. Походу ему грозила порка, но малому море, как говорится, по колено. Пороть будут завтра, а деньги нужны сейчас. Так что он не унывал и по возможности расспрашивал путников об их приключениях — страсть как любил красивые истории.