Шрифт:
Немедленно вызвав начальника охраны, я немедленно же его уволил. Назначил нового. Поручил разобраться с мертвыми душами в охране и все наладить.
Потом отправился в мастерские. Имел сильные подозрения что там тоже бардак, и не ошибся. Железо покупалось в нереально больших количествах и по подозрительно высоким ценам. Выявлены странные неучтенные запасы продукции. Изможденные рабы-ремесленники явно не получали положенного содержания.
Выгнал начальника мастерских. Назначил нового.
Проверил состояние дел храма. Счета, закупки. Пришлось уволить авура, отвечавшего за хозяйство. И так — несколько дней.
Наконец поступило сообщение о прибытии посольства Исаврианской Лиги.
Рано утром послов ввели в Совет Союза.
Несколько человек, разного возраста, по одному от каждого города Лиги. Одеты по старой моде. У каждого заколка плаща в виде символа навигитов — восьмилучевой звезды.
Переговоры начались с выступлений глав Союза и Лиги. Суффект Митты — и соответственно, глава Миттанского союза — уже знакомый мне Анхелат– выступал первым.
— Граждане и гости Союза! Позвольте приветствовать вас! Мы рады, что многолетняя война подошла к концу. Давайте заключим мир и обеспечим процветание наших городов! Пророк Констанс милостиво утвердил эдикт о свободе вероисповедания. У нас нет оснований для войн. Каждый может верить в то что считает нужным.
Далее он зачитал условия мира. В конце было сказано про «верховное духовное руководство его святейшества Констанса» над верующими всего Трехречья.
Было видно, что посланники Лиги ошеломлены этим условием.
Ответное слов было предоставлено главе делегации Лиги — высокому представительному нобилю со смуглой, типично исаврианской внешностью. Как мне сказали, он сам был из Корхирнхина, который был нами взят штурмом и теперь находился в нашем «лагере» — возможно не вполне добровольно.
— Все условия были согласованы давным-давно и известны Собранию Лиги. Мы неуполномочены принимать новые условия. И я не думаю, что Почтенное Собрание когда либо согласится признать духовным лидером лицо, которое так долго скрывало от нас действительную роль нашего бога Навигатора в Небесном Собрании богов. Мы никогда не будем доверять ему!
Начался скандал.
— Как! — вскричал Анхелат, перекрывая своим голосом шум голосов членов Совета — так вы не имеете полномочий? Что нам тогда с вами обсуждать?
Многие члены Совета закричали в поддержку Анхелата, что с бессильной делегацией Лиги говорить не о чем. Но большая часть требовала продолжения переговоров. Делегаты Лиги стали обвинять миттанцев в преступлениях против их веры — и начался всеобщий гвалт, бестолковый и хаотичный. Стало ясно, что ничего мы сегодня не подпишем.
Послушав пререкания, я удалился в храм. Мне надо было подумать. Было очевидно, что тут какая-то сложная ситуация, и мне нужно было время в ней разобраться.
Вызвав к себе министров, я спросил их, что вообще происходит.
— Похоже, Анхелат нас обманул. Видимо он не желает заключения мира. Неужели он продался партии войны?
— Да, похоже на то. Он явно специально устроил эту провокацию с полномочиями посольства Лиги.
— Я думаю мне надо поговорить с навигитами напрямую. Вы можете это устроить?
— Скорее всего, да, если только их уже не вышвырнули вон.
К счастью, несмотря на этот раздуваемый частью политиканов скандал, делегация Лиги не покинула Митты. Ночью несколько из них пришли ко мне в храм. Выглядели они устало и настороженно. Я не мог понять, верят ли они в самом деле в мое «мошенничество» с богами, но надо было действовать с ними осторожно.
— Послушайте — обратился я к ним — с войной надо заканчивать. Давайте договариваться здесь и сейчас.
— Вы видели Навигатора? — прямо спросил меня их глава-корхинхинец.
— Нет. Я не стал им врать. — Навигатора я никогда не видел. Если честно, я даже не знаю, существует ли он на самом деле.
Корхинхинец — его звали Эурродон — посмотрел мне в глаза.
— Но ведь именно ты когда-то поведал людям, что Навигатор управляет Небесным чертогом, прочерчивая путь среди звезд…
— Кто-то должен управлять им. Скорее всего это Навигатор. А может, и нет. Капитан там есть точно, и я его видел. Навигатор — это домыслы.
— Моя вера крепка. Пророк Гадешь открыл нам правду…