— Серьезно?

— Это плохо? — Я понятия не имела, как мне сейчас себя вести. Не было похоже, что я была счастлива и беззаботна. Я просто не хотела продолжать прокручивать события прошлой ночи в бесконечном цикле. Мне нужно было отвлечься на свежем воздухе и в толпе.

— Нет, все не так уж плохо. — Бо перевернул меня на спину, нависая надо мной. — Ты не должна чувствовать себя виноватой за то, что произошло прошлой ночью. Это была ты или он. Ты сделала то, что должна была сделать.

Правда в его глазах проникла в мое сердце, собрав воедино пару разбитых осколков. Мне так много хотелось сказать, но вместо этого я коснулась своими губами его губ.

Бо поцеловал меня в ответ, нежно и сладко, разлучив нас прежде, чем ситуация успела накалиться, но поцелуй не стер ни капли беспокойства в его глазах.

— Я беспокоюсь за тебя.

— Со мной все будет в порядке, — заверила я нас обоих. — Давай переживем сегодняшний день, а потом пойдем дальше.

— Хорошо. Тогда покажи мне свой город.

Мы провели весь день, играя в туристов. Я возила его на «Спейс Нидл»23 и на Великое колесо Сиэтла. Мы провели несколько часов, прогуливаясь по рынку «Пайк-Плейс» и вдоль пирсов. Потом я повела его в мой любимый ресторан морепродуктов, где мы наверстали упущенное за последние семь месяцев и съели слишком много.

Это был, безусловно, лучший день в моей жизни в Сиэтле, и все потому, что я была с Бо.

— Мне сегодня было весело, — сказала я ему, когда мы неторопливо возвращались в отель. — Это немного странно, да?

— Ничего странного. — Его большой палец погладил тыльную сторону моей ладони. — Мне тоже было весело. Как ты?

За весь день мы вообще не говорили ни об Антоне, ни о вчерашнем испытании. Мне это было не нужно. Просто прогулка, держа Бо за руку, помогла мне взглянуть на все это в перспективе. Я сделала то, что должна была сделать. То, что сделал бы любой другой. Мне это не нравилось, но я не собиралась винить себя. Я собиралась сделать все, что в моих силах, чтобы двигаться дальше.

— Я в порядке, — сказала я. — Я уверена, что впереди будут плохие дни, но пережить сегодняшний день, отвлечься, это действительно помогло.

— Хорошо. — Его свободная рука протянулась и приподняла мою бейсболку. Он делал это весь день, каждый раз ухмыляясь. — Моя бейсболка смотрится на тебе лучше, чем на мне.

— Позволю себе не согласиться. — Он выглядел чертовски сексуально в своей старой бейсболке, но дал ее мне надеть сегодня, потому что у меня не было солнцезащитных очков. Генри упаковал мне кое-какие вещи, пока я рыдала в объятиях Бо прошлой ночью, но он ограничился самым необходимым.

— Мне нравятся твои волосы, — сказал Бо. — Они выглядят намного светлее.

— Спасибо. Мой стилист чуть не упала в обморок на моей первой записи после возвращения. Она была в отчаянии из-за моих секущихся кончиков и хотела отрезать шесть дюймов, но я сказала ей, что все, что она может сделать, это чуть-чуть подстричь кончики, потому что я заключила сделку никогда не состригать свои волосы.

Он улыбнулся.

— Чертовски верно.

Я посмотрела в сторону и увидела наше отражение в витрине магазина. Даже в тусклом вечернем свете я могла разглядеть огромные мешки у себя под глазами.

— Уф, — простонала я.

— Что?

— Хорошо, что на мне бейсболка. Я выгляжу ужасно. Я, наверное, напугала сегодня всех детей в «Спейс Нидл».

— Хэй, — сказал Бо, хлопнув меня по плечу рукой. — Не смей так говорить о моей Маленькой печеньке. Она всегда прекрасна. Даже после того, как была вынуждена пользоваться биффи.

Я рассмеялась.

— Я не знаю, что было хуже. Зависать над этой дырой или знать, что ты можешь слышать, как я писаю.

Он тоже засмеялся и отпустил мою руку, чтобы обнять меня за плечи. Я наклонилась к нему и обвила руками его талию.

— Я скучала по тебе, Бо.

Он поцеловал мою голову, прикрытую бейсболкой.

— Я тоже.

К тому времени, как мы вернулись в отель, я была совершенно измотана. Бо открыл стеклянные двери и пропустил меня внутрь первой, помахав агенту, который следовал за нами весь день.

Человек, которого Генри приставил к нам, был мне незнаком, но я могла сказать, что у него был опыт. Он был настолько сдержан, что я даже забыла, что он был с нами. Единственный раз, когда я заметила, что он был близок, это когда он шепотом о чем-то переговаривался с Бо.