Генри задал мне еще несколько вопросов, а затем выключил диктофон.

— Спасибо, это все, что мне нужно. Мне жаль, что мы заставили тебя так долго ждать, чтобы закончить. Это была напряженная ночь. — Он провел рукой по волосам. — Ты должна знать, что Виктор и Иван Фёдоровы были убиты.

Я ахнула в тот самый момент, когда рука Бо дернулась.

— Что? Что случилось?

— Я мало что могу тебе сказать. Мы опубликуем заявление завтра, но они оба были убиты во время беспорядков в тюрьме этим вечером.

— Русские нанесли удар? — тихо спросил Бо.

Генри просто кивнул.

Антон спланировал свой побег в тот же день, когда русские планировали свое нападение. Его побег мог бы быть сорван, если бы не тот тюремный бунт. Русские убили бы его, и он не пришел бы за мной. Совпадение было просто… таким чертовски несправедливым.

— Так это все? — спросила я. — Они все ушли?

— Да. Они все ушли. — Печальные глаза Генри были полны вины. — Завтра сюда прибудет специализированная бригада уборщиков, так что тебе придется отсутствовать до воскресенья. Мы поселим тебя в отеле.

— Хорошо. — Я начала вставать, но Бо удержал меня на диване.

— Мы еще не закончили, Далтон. — Голос Бо был тихим, но сердитым. — Ты сказал, что она будет в безопасности.

— И я облажался. Я не буду оправдываться. Я облажался и всегда буду сожалеть. Я должен был поместить в программу защиты свидетелей. — Взгляд Генри оторвался от Бо и встретился с моим. — Мне жаль, Сабрина. Этого никогда не должно было случиться. Что я могу сделать?

Убийство Антона было моим единственным выбором, но, возможно, если бы у меня было больше фактов, это помогло бы мне разобраться во всем, что произошло сегодня вечером.

— Я хотела бы знать, как Антон сюда попал.

— Хорошо. — Генри поднял глаза на агента с камерой, стоявшего у двери. — Вы закончили?

— Да, сэр. Есть ли что-нибудь еще, что вы хотели бы, чтобы мы сделали?

— Нет. Я сопровожу мисс МакКензи в отель, когда мы закончим разговор. Отнесите все обратно в офис и ускорьте обработку. Я хочу, чтобы она смогла вернуться самое позднее к утру воскресенья.

— Да, сэр.

Он подождал, пока все уйдут и дверь со щелчком закроется, чтобы возобновить разговор.

— Это должно остаться между нами до тех пор, пока не будет опубликован официальный отчет.

Я кивнула.

— Антона не было ни с отцом, ни с братом, потому что он был в лазарете. Он симулировал разрыв аппендицита и подкупил сотрудника исправительного учреждения, чтобы тот тайком вывез его из тюрьмы со сменной одеждой и оружием. Поскольку бунт русских вызвал большой ажиотаж, никто из нас даже не знал, что он ушел, пока не стало слишком поздно.

— Значит, он планировал это какое-то время? — спросила я. — Он никогда не собирался отпускать меня, не так ли?

Генри покачал головой и посмотрел себе под ноги.

— Я должен был догадаться.

— А я не должен был позволять тебе уезжать из Монтаны, — сказал Бо, целуя меня в висок. — Мне следовало найти для тебя другое место, где можно было бы спрятаться.

— Нет смысла оглядываться назад. Теперь все кончено. — Я еще сильнее прижалась к Бо. Я понятия не имела, что означал этот поцелуй и куда мы пошли дальше, но мне было все равно. Я собиралась опираться на него до тех пор, пока не смогу стоять самостоятельно. Потом мы разберемся с остальным.

— Как Антон сюда попал? — спросила я.

Лицо Генри посуровело.

— Он вошел через вход на лестничную клетку. У нас есть видеозапись, как он входит с другим жильцом. Должно быть, он знал расписание твоей бригады уборщиков, потому что проскользнул внутрь, когда они уходили. Вероятно, он выдал себя за агента.

— Но агент Митчелл… — Мне не нужно было заканчивать предложение. Агент Митчелл был у лифта и разговаривал по телефону. — Ха, — усмехнулась я. — Этот складной стул и телефон, вероятно, спасли ему жизнь.

— Может быть, — сказал Генри. — Или же его тоже подкупили. Я выясню это, и его либо уволят, либо он сам сядет в тюрьму.

Несколько мгновений мы все сидели молча. У меня больше не было вопросов об Антоне, и я надеялась никогда больше не произносить его имени.

— Что теперь? — спросил Бо, нарушая молчание.

— Вы можете идти, — сказал нам Генри. — Хотя я бы хотел оставить с тобой агента еще на несколько недель.

— Это действительно необходимо? — У ФБР были гораздо более важные дела, чем нянчиться со мной.