Была другая проблема, которая требовала немедленного решения. Живчик. Или живец. Он нужен мне как воздух и вода. Придется видимо пошуметь.

А вот все-таки интересно… Кто первым догадался делать живец из споранов? И сколько вообще существует Стикс? Наверняка есть люди, которые знают ответы на все вопросы. Надо их только встретить. Учитель находится - когда ученик готов.

Вот только дожить бы до этой встречи.

План охоты родился в моей голове сразу же, и я сразу же обругал себя за его примитивность. Но ничего умнее, я придумать не смог. Спустившись в квартиру на первом этаже, я открыл окно и встал на подоконник маленькой кухни.

Кухня, в квартире которой я облюбовал, по всей видимости принадлежала пенсионерам. Об этом говорила убогость и дешевизна мебели. И, конечно, запах. Так могло пахнуть только жилище стариков. Корвалолом и сбором мяты.

В целях экономии боеприпасов не стал стрелять в воздух для привлечения внимания, а весело начал стучать половником в металлическую чашку.

Зомбиии… Ужиинаать…

Наверное, ничего глупее я в жизни не совершал. Барабанил в чашку минут с двадцать, сам себя пугая образами элитника, которого ни разу не видел.

Примерно через пол часа приковылял один пустыш, затем другой. По внешнему виду мужчина лет сорока пяти и парень лет двадцати. Тянули руки ко мне как ребенок к папе просясь на ручки. Я в ответ, скрутил им фигу из пальцев. Наверное, двух хватит, решил я. Да и просто страшно было стоять в окне, рекламируя вкусный обед из самого себя.

Если мне не наврали мои знающие товарищи, то эти твари своим урчанием общаются друг с другом и каждый из них слышит другого за километр. По-честному, я в это никогда не верил, о чем им безмозглым общаться? Просто, наверное, гортань перестроилась в связи с заражением и ну наяривать мурчание. Закрыв окно, я выглядывал из-за красных шторок в белый горошек на улицу. Пара зараженных топталась подо мной на улице. Окно, за которым я находился, было примерно в полуметре выше их голов.

Видимо зря, я сомневался в их коммуникативных навыках. Минут через десять откуда то, я даже не успел заметить откуда вылетел кусач. Ну или что-то на него похожее, судя по описаниям, которыми меня снабдили.

Я не то, что бы присел, а просо плюхнулся на пол, едва не отшиб себе задницу. Крупнее и страшнее бегуна я ничего не видел, а тут такое… Просто лысая горилла.

При чем очень немаленькая горилла. На уродливой голове какими-то клочками растут остатки волос. И, конечно, челюсти! Бог ты мой, какие челюсти! Я не сильно в его распрекрасную внешность вглядывался, но как мне тогда показалось, зубы были как у акулы в несколько рядов. Опираясь на костяшки пальцев неимоверно длинных и мускулистых рук, двухметровая горилла мигом оказалась у моего окна. Подлетев, без особых церемоний раскидала в стороны двух пустышей. Те даже не попытались убежать. Намурчали на свою голову!

С явным любопытством она засунула свою уродливую голову в окно сквозь раму. Меня присыпало осколками разбитого стекла, и я скорее с перепугу на уровне инстинкта, лежа на полу, поднял Сайгу стволом вверх и нажал на спусковой крючок. Потом еще раз и еще… Три выстрела прозвучали почти как один. Заряд попал вниз челюсти. Морда молча исчезла из моего вида. Если честно, то в своей жизни я стрелял из огнестрельного оружия всего несколько раз.

Один раз в средней школе, на уроках начальной военной подготовки, возили всех мальчиков старших классов на стрельбище, где мы все, из одного старенького автомата Калашникова, пальнули по три патрона каждый, в ростовую мишень. И дети, и плутрезвый военрук остались довольны результатом.

Второй раз, в тире школы милиции, где начинающим оперативным сотрудникам показали, как выглядит пистолет Макарова и тоже выдали три патрона, которые мы расстреляли, кто в свою мишень, кто в чужую. И на этом все!

Стрелять в тире из пистолета мне очень не понравилось. Мало того, что я никуда не попал, так еще и оглох временно на оба уха. Но те впечатления были ничем по сравнению с теперешними! Три выстрела из ружья, в замкнутом пространстве, это вам не это…!

Где на четвереньках, где, пригибаясь я опрометью бросился из квартиры наверх по подъездной лестнице! Забежав, в свою, (теперь уже свою), квартиру, привалил дверь шкафом, забился в угол комнаты и приготовился к обороне, перезаряжая ружье. Я как сумасшедший, набивал магазин патронами, роняя их на пол и не замечая этого.

Звон в ушах стоял такой, что примерно с час я ничего не слышал. Убил или нет я эту тварь? Примерно через пол часа я осмелился подойти к окну квартиры, находящейся так же на третьем этаже и выходящей окнами на место преступления или охоты.

Кусач, сраженный наповал моими меткими и отважными выстрелами в упор, лежал на спине, раскинув руки в стороны и согнув ноги в коленях. Рядом с ним, по грязному асфальту, ползало бренное тело пустыша, которому он по все видимости перебил позвоночник. Его друг, разбитой головой прочно влепился в стену дома и признаков жизни не подавал. Эх ребята, что ж вы так своих то не бережете?

А вот фиг я выйду сегодня за добычей! Нашумел порядком, и по закону подлости, сейчас кто ни будь любопытный прискачет. Кто то, по которому я обязательно промахнусь, и оно сожрет меня.

Я вернулся в свою квартиру и налил стакан водки, которой я натаскал со всего подъезда.

За мою охоту и упокой души кусача!

Я выпил весь граненый стакан одним залпом и трясущимися руками попытался выловить соленый помидор из трехлитровой банки.

****