Если мне станет слишком комфортно… если я снова уступлю ему… если я буду доверять ему, я потеряю гораздо больше, чем он угрожал.

Когда мы подошли к моей комнате, я поспешила мимо него и схватила телефон с кровати, куда я его бросила после прочтения его сообщения. Под моей командой экран загорелся, и я немедленно начала набирать номер детектива Дениелса. Я запомнила его номер, хотя надеялась, что мне никогда не придется его использовать.

Как только телефон начал звонить, из груди Кирана вырвался глубокий смех, прежде чем он схватил телефон и положил в карман, не отрывая от меня взгляда.

— Кому ты звонишь? — спросил он. Веселье дразнило его губы. — Нет. Дай угадаю… Детектив Дениелс?

— Никто никогда не обвинял тебя в глупости.

— Если ты собираешься напугать меня, тебе придется сделать лучше, чем это.

— Ну, я пыталась убить тебя, но кажется, только один из нас может убивать невинных людей. — Я сразу пожалела о своих словах, когда он вздрогнул, и на его лице промелькнула боль.

— Я… мне очень жаль.

— Почему? — он с любопытством посмотрел на меня. — Ты имела в виду это, не так ли? Кроме того… я не невиновен.

Нет, никогда и не был.

— Как бы то ни было, мне не так просто убить кого-то, как тебе.

— Я никогда не говорил, что это легко.

— Но ты хочешь это сделать, — возразила я.

Он пожал плечами, как будто в этом не было ничего страшного.

— Если это означает никогда не терять контроль, тогда да… я готов это сделать. Я даже хочу убить тебя.

Я глубоко вздохнула и сузила глаза.

— Тогда почему я тебе не верю?

— Потому что иногда мне действительно хочется убить тебя, — прошептал он.

Иногда мне хочется, чтобы ты любил меня.

Каким-то образом было невысказанным правилом о моем срыве в коридоре месяц назад, когда я призналась, что я влюбилась в него, нельзя было упоминать. В конце концов, это не имело значения, потому что признание того, что я его люблю, не заставило его остаться и не помешало ему убить Тревора и Аню.

— Как думаешь, почему смерть всегда является ответом?

— Потому что это единственный ответ, который нельзя изменить — как бы ты ни хотела. — В конце концов его голос затих, и когда его взгляд затуманился, я подумала, думает ли он о Лили и сожалеет ли о том, что убил ее.

— Она еще что-нибудь сказала? — Его взгляд теперь был направлен на меня, и я в замешательстве смотрела в ответ.

— Кто?

— Твоя тетя. Я сегодня видел газету. Все видели.

— Вот почему ты здесь?

— Она сказала тебе держаться от меня подальше? — спросил он, игнорируя мой вопрос.

— А если сказала? Что тогда?

Его губы скривились в полуулыбке, когда он сказал:

— Тогда у меня возникнет искушение украсть тебя.

– Сначала шантаж, а теперь похищение. Если ты будешь продолжать в том же духе, ты сможешь стать бойскаутом года.

– Ты не ответила на мой вопрос.

— Нет, Киран. Моя тетя понятия не имеет, что тот самый мальчик, который появился на пороге нашего дома за блинчиками утром в понедельник…

— Среда.

— Что?

– Блины были утром в среду.

— Отлично. Не важно. Среда. Почему это имеет значение?

– Потому что на следующий день я впервые попробовал тебя, Монро. — Его глаза потемнели и привлекли меня к воспоминаниям о его губах между моими бедрами, которые владели мной. — И я никогда не забуду, как это было хорошо.

Во рту пересохло, и мне было трудно говорить, но каким-то образом мне удалось.

— Хорошо. Я предлагаю тебе сохранить это в памяти, потому что это никогда не повторится.

— Не давай обещаний, которые ты не собираешься сдержать. Это просто сделает твое падение от благодати намного более трудным, чем должно быть.

Мы вступали на опасную территорию, и мне нужно было сменить тему. Быстро.

— Ты следил за моей тетей шесть недель…

Он бросил на меня понимающий взгляд, прежде чем спросить:

— И?

— Ты знал, что она все время не была в книжном туре?

— Да, — ответил он без колебаний.

— Почему ты мне не сказал? — Он приподнял бровь, и я осознала свою ошибку. Иногда было трудно вспоминать, что всего несколько недель назад он шантажировал меня сексом, угрожая убить мою тетю. Предоставить мне информацию о ее местонахождении было последним, что он хотел бы сделать.

— Мне было любопытно, — все равно ответил он.

— Тебе было любопытно?

— Я хотел знать, почему тетя, ради которой ты была готова столько вытерпеть, солгала тебе, поэтому я продолжал следить за ней.