— По крайней мере, мы знаем, что ты можешь сказать правду.

— Я никогда не лгал тебе.

— Но ты определенно упустил много важного дерьма. Довольно удобно, не правда ли?

— Я не знал, что она наша мать.

— Это не имеет значения. Она могла быть чьей-то матерью, но для тебя это не имело значения. Ты все равно ее убил бы.

— Ты не понимаешь, о чем, черт возьми, говоришь.

— Я знаю достаточно.

— Ты ничего не знаешь, кроме того, что рассказал тебе Митч.

— Ты тоже не стал говорить иначе.

Я не осознавал, что мы кричали, пока не вошла медсестра и не приказала нам уйти. Часы посещения закончились.

— Они уйдут. Я останусь, — сказал я медсестре.

— Я не хочу, чтобы ты был здесь.

— Не будь сопляком.

— Хорошо. Тогда ты мне здесь не нужен.

— Жестко. Ты не останешься здесь один.

Прежде чем я успел возразить, он позвал медсестру, ожидавшую у двери.

— Я хочу, чтобы его удалили из моего списка вип-гостей.

— Хорошо, милый, — хмыкнула медсестра. Когда она обратила внимание на меня, ее глаза расширились в том знакомом взгляде похоти. Она двинулась, словно собираясь вывести меня, но один взгляд на мое лицо заставил ее остановиться.

– Киран, иди, — предложил Дэш хриплым от раздражения голосом. — Просто иди. Я останусь с ним.

* * *

— Убей его. — Нож пронзил плоть.

— Еще раз.

Звук разрываемой плоти и текущей крови, сочившейся из тела мужчины, смешивался с бесстрастными командами Фрэнка.

— Глубже вонзи в него нож, мальчик. Вот так, — поддержал он, когда я подчинился.

Глубокое и тревожное чувство продолжало скапливаться в моем животе, когда я бездумно вонзал нож в связанного человека. Руки, ноги и даже колени. Хуже всего был тошнотворный хруст костей.

Его крики заглушал кляп, но его глаза смотрели и умоляли меня, пока он держался за ту маленькую надежду, которая у него была. Даже сейчас я видел, как жизнь уходит из его глаз, пока использовал его для практики.

— Считай их своим холстом, — говорил мне Фрэнк.

Они никогда не позволили бы мне убить их. Мне пришлось сначала мучить их болью, которая искалечила бы, но не убила.

Я больше не был уверен, что это то, что должны были делать другие люди. Лили сказала, что это неправильно, когда я наконец признался ей. Не знаю, почему я рассказал ей о том, что они заставляли меня делать. После месяца, когда она так и не сдалась, Лили стала той, с кем можно было поговорить, а когда она все еще не поддавалась тому, что они хотели, она стала тем, кого нужно защищать.

Лили.

Я позволил своим мыслям думать о ней и о всем хорошем, чему она меня учила. Она рассказала мне о доме, она рассказала мне о своих родителях, своей собаке и даже о своем старшем брате Киране. Втайне я желал однажды стать Кираном. Кем-то, у кого есть семья, дом и даже школа.

В конце концов, мужчина умер с мучительным криком. Его кляп спас меня от необходимости терпеть угасание звука его жизни, но каким-то образом эффект был таким же.

Я перестал вонзать нож в его безжизненное тело и отчаянно подавил потребность очистить свой желудок.

Он был четвертым человеком, которого я убил сегодня, и когда я оглядел комнату, чтобы увидеть другие тела, я знал, что он не станет последним.

Глава 12

Лэйк

Стук в мое окно казался как вымысел моего сна. Сон, от которого я не хотела просыпаться, так что представьте мое раздражение, когда постукивание продолжилось, а затем последовали мелодичные перезвоны и гудение моего мобильного телефона. Фантазии и сон исчезли, превратившись в менее привлекательную реальность — просыпаться глубокой ночью.

Если это продолжиться, моя тетя проснется, и тогда мне придется провести остаток ночи, объясняя ей, почему мальчик-подросток бросает камни в мое окно.

Я знала, даже не отвечая на звонок, что это был Киран. Он был единственным, кто осмелился пойти против своего собственного правила, чтобы преследовать меня.

— Это действительно перебор, знаешь ли. Ты не можешь просто прийти и пробраться в мой дом, когда захочешь, — ворчала я про себя, зная, что он меня не слышит.

Я подошла к окну, цепляясь пальцами ног за плюшевый ковер, заглушая звук гнева. Иней спрятал окно от холодного ночного воздуха, и когда я схватилась за окно, чтобы открыть его, это было немного сильнее, чем нужно.