Внутри меня всё обрывается. Меня будто столкнули в пропасть.

– Точнее. Почему? – Зейд давит на доктора Шипиро, становится за его спиной и смотрит в экран. Ему, как и мне, не нравится абстрактный ответ мужчины. Только если я обречённо медленно умираю, то Зейд готов убивать.

– Потому что ваша жена уже беременна. Вам сейчас нужно поддерживать беременность и позаботиться о ребёнке. Сейчас самый опасный срок… - Немею. От волнения у меня стали появляться галлюцинации, слышу всякую чушь. – Я сейчас перенаправлю Вас к моей коллеге, она позаботиться о Вас и скажет точно, что нужно будет делать. Думаю, что Вам придётся задержаться в Израиле, госпоже Хегазу какое-то время нельзя будет летать, чтобы не спровоцировать неприятные последствия.

Он шутит?

– Я не могу быть беременна. – Говорю мужчине убеждённо, практически перебиваю его. – Я бесплодна. Вы ошиблись.

Мои слова заставляют его остановиться. Доктор Шипиро оборачивается и снимает очки, чтобы ничто не мешало ему смотреть мне прямо в глаза во время разговора. Смотрит он на меня лучезарно улыбаясь, наслаждаясь моей реакцией. Наверное, Санта Клаус так упивается восторгом детей.

– О нет, моя дорогая, Вы совершенно точно беременны. Неделя шестая… - Зейд от его выводов хмурится и очень многозначительно смотрит на меня. Я сглатываю вязкую слюну. Шесть недель назад я жила в особняке в заточении и занималась сексом с ним в презервативе. Это сюр какой-то?

Надеюсь, Зейд теперь не будет думать, что ребёнок не его?

Я забеременела именно тогда, когда мы предохранялись?

– Извините, но у меня недавно были месячные. И шесть недель назад мы с мужем предохранялись совершенно точно…

– Развеиваю Ваши сомнения. Презерватив – защита лишь на девяносто процентов, вам повезло, и вы попали в остаточную десяточку. Касаемо, месячных, так бывает. Редко, но бывает. – Мужчина улыбается ещё шире. – Вы видимо так хотели ребёнка, что забеременели вопреки всему. Так тоже бывает. Люблю гинекологию за её непредсказуемость. Очень часто люди делают всё, чтобы завести ребёнка и ничего не получается, но когда они теряют надежду, Бог дарим им шанс стать родителями.

Он какое-то время ещё пишет заключение, говорит что-то Зейду.

Я в это время как попугай кручусь возле зеркала и смотрю на свой живот. Как я могла не заметить?

– Ну теперь это многое объясняет. – проговаривает Зейд, закуривая прямо в больнице, когда мы выходим из кабинета. Несколько медицинских работников, проходящих мимо нас, смотрят на него осуждающе, но мужу плевать на их косые взгляды. – Твой обморок. Смена настроения… Агрессия… Я думаю, чего ты такая злая стала? А в тебя оказывается вселилось моё ДНК.

Маленький Хегазу и в правду делал из меня легковоспламеняющуюся фурию.

Интересно, Зейд также постоянно испытывает гнев и раздражение?

Поджимаю губы и упираю руки в боки, рассматривая только что вошедшего в дом мужа. Зейд вернулся после важных переговоров, он, как и всегда, в идеальном костюме и рубашке. Только вот запах специй сегодня подслащен, разбавлен чем-то женским. Это бесит.

– Что? – спрашивает он хитро, чувствуя моё желание поскандалить. Гормоны внутри меня бурлят.

– Где ты был? – Спрашиваю его гневно, стучу ногой гневно по полу. Стук раздражает даже меня, но остановиться я не могу.

– В ресторане. Захватил тебе торт, как ты и просила. – Примирительно шепчет мне в губы. – Я же говорил тебе, что буду поздно.

Хватаюсь пальцами за ворот рубашки и истерично дёргаю его. Клянусь, он пропитан женскими духами. Зейд провонялся другой женщиной.

– Тогда почему от тебя пахнет шлюхами? – Выдержки ему не занимать, лишь устало закатывает глаза. Я бы подумала, что он наведывался к Марго, но притон разогнали, Зейд закрыл бизнес. Но это не значило, что в Риме не появился новый блядушник.

Зейд аккуратно снимает мою руку, целует сначала ладонь, потом живот.

– Наверное, потому что у шлюх есть свойство липнуть… это видимо распространяется и на их парфюм. – Он усмехается, ему явно весело, а я хочу глаза ему выцарапать. Нравится ему моя ревность, получает удовольствие от моих страданий. – Успокойся, Малыш, я не смотрю ни на кого кроме моей любимой красавицы. Помню, что у тебя длинные и острые когти.

Ответ меня не удовлетворяет, я возвращаю руку на ворот и притягиваю его к носу, вдыхаю запах. Пахнет персиком, чем-то медовым. У суки есть вкус!

Карабинер выдыхает, закрывает устало глаза и снова снимаем мою руку с себя.

– Поехали. – Решает он в моменте. Мы садимся в его машину, и Зейд привозит меня в ресторан. Персонал уже хорошо знает меня. Очень часто посреди ночи мы приезжаем поживиться чем-то вкусным. Под мы я подразумеваю себя и малыша. Во мне растёт маленький монстр, сириец в новом обличье, он и меня превращает в огнедышащего дракона. Все из-за дисбаланса гормонов.

Заходим в комнату охраны и Зейд спокойно просит показать им записи с камер. Мужчины проматывают камеры на встречу и оставляют нас. К этому времени мне приносят любимый салат с мороженным и орешками.