– Переходите быстрее к делу. – Властно требует Зейд. Я кладу руку ему на колено под столом и слегка сжимаю, желая успокоить мужа. Он всегда остро реагировал на всё, что касалось Николетты – его любимицы.

Зейд был не просто хорошим отцом, он был создан для отцовства. Лишившись семьи и зная на собственном примере, что такое, когда твой отец тебя не любит, он делал всё, чтобы окружить своих детей вниманием, правильным воспитанием и любовью.

Директор истерично кивает. Конечно, все в Италии знают о министре Хегазу и понимают, на что муж способен. Зейд свел тёмные дела к минимуму, но всё ещё был способен на крайние меры. Как бы хищник не маскировался, клыки и когти всё ещё были при нём.

– Да, простите. Как я уже писал вам в и-мейле, Николетта подралась с Джастином и Матео. Жестоко избила их. Такая агрессия не должна быть свойственна подросткам. Я позвал Вас, чтобы обсудить с Вами поведение Николетты, ей необходимо заниматься с психологом. Девочка очень умная и способная, но тратит энергию не на учёбу, а на балаган вокруг себя. Если она продолжит в том же духе, то ничем хорошим это не закончится. Сами понимаете. Критический подростковый возраст только приближается.

Зейд хищно улыбается, растягивает губы в оскале. Знаю я эту улыбку, ничего не бывает хорошего после неё. Сжимаю его колено ещё сильнее, чтобы он держал себя в руках.

– Вы хотите сказать, что моя дочь жестокая истеричка и нуждается в помощи психолога? – за спокойным голосом скрывалась ледяная злость, Зейд был в шаге от того, чтобы скрутить шею Директору. Я его негодование разделяла, но считала, что горячиться не стоит. Как никак, он хотел как лучше. – А какое наказание Вы подобрали для двух извращенцев, что пробрались в женскую раздевалку и подглядывали за девочками?

Зейд расстёгивает пуговицы на пиджаке, разминает шею.

– Господин Хегазу, при всём уважении к Вам, Николетта очень груба со сверстниками и иногда с педагогами. Постоянно препирается, старается всегда, чтобы последнее слово было за ней. Это не первый конфликт, когда Ника кого-то избивает. – Пот льёт по Директору градом. Мужчина борется со страхом. – Поймите меня, пожалуйста, правильно. Парни – подростки, пытающиеся подсмотреть за школьницами, дело обычное, а вот девочки, что ломают кости парням, нет. У нас есть дети, что боятся Николетту. Это очень меня беспокоит.

Зейд делал всё, чтобы вырастить Нику сильной, независимой и способной постоять за себя, он убивал в ней слабость, потакал многим её капризам и всегда был на стороне дочери, чтобы она не делала. Они были очень близки.

Их привязанность всегда радовала меня, я любила наблюдать за нами, но очень боялась, что Зейд разбалует Нику.

Я не могла назвать дочь жестокой или истеричной, она всегда была добра к слабым, любила животных и помогала бедным. У Ники было повышенное чувство справедливости, она была нетерпелива и не умела держать язык за зубами. Уверена, что парни получили не просто так. Я в глубине души даже была восхищена Никой и была рада, что дочь не похожа на меня. Она способна постоять за себя и дать отпор, Зейд вырастил её сильной.

Но отчасти я была согласна и с Директором, Николетте стоило научиться владеть своими эмоциями.

– При всём уважении к Вам, не стоит переживать за мою дочь. Я прекрасно её знаю, Николетта никогда никого не тронет просто так, а если кто-то заслужил… - Зейд издаёт грубый смешок. – Значит, заслужил.

– Сеньор Фабио. – Пытаюсь снять образующееся в кабинете напряжение. – Мой муж хочет сказать, что мы поговорим обязательно с Никой и объясним ей, что насилие – это не выход. Но Вы также провести беседу с парнями, объяснить им, что не стоит пренебрегать правилами и подглядывать за девочками. Также, все токсичные ученики, что третируют остальных, должны нести административные наказание. Иногда Ваше бездействие приводит к тому, что ученики сами пытаются нормализовать климат в школе.

Директор немного успокаивается пока я говорю. Ему комфортнее вести беседу со мной, а не с Зейдом.

– Конечно, сеньора Хегазу. Я с Вами полностью согласен, не снимаю вину с учителей и с себя, что иногда игнорируют соответствующие сигналы. Вы рассмотрите всё-таки…

– Моя дочь не будет заниматься с психологом. – рявкает Зейд так, что даже я подскакиваю на месте. – Если кому-то и нужно поговорить с психологом, то это Вам, сеньор Фабио. Проговорите уже с ним Ваше психологические проблемы, а то можете так затопить всю школу. Директор с паническими атаками… мне кажется, не может выполнять свои обязанности в полной мере.

Я практически бью ладошкой по лбу.

Зейд сбрасывает мою руку и поднимается на ноги.

– Мои люди просмотрят камеры в школе за последний месяц, изучат, что тут у Вас и как. Жена права, необходимо изучить климат этого места и определить достаточно ли компетентен педагогический состав, справляется ли он со своими обязанностями. – Директор сжимается в комок, приобретая жалкий вид. Такая проверка могла означать только одно – Зейд решил поменять руководящий состав колледжа.

Делаю несколько глубоких вздохов, поправляю юбку и поднимаюсь вслед за мужем на ноги.

– Сеньор Фабио, оставьте нас, пожалуйста. – Прошу Директора. На его лице зависает не понимание, он не можем осознать, что кто-то попросил покинуть его собственный кабинет. Чтобы раскачать старика, тороплю его. – Быстрее!

Директор поднимается на ноги и спешит прочь из кабинета.

Мы остаёмся с Зейдом один на один.

За все эти годы мне удалось хорошо изучить мужа, научиться определять его настроение и справляться с гневом Хегазу.

Беру его за руку, провожу пальцами по смуглой коже, пытаясь расслабить напряженные мышцы. Скольжу ладонью по руке, обвиваю торс мужчины и прижимаюсь к нему.