– Наступаем, товарищ генерал.

– В прежнем составе?

– Нет. Теперь у нас четыре дивизии. Вошла в состав корпуса и 10-я воздушнодесантная.

– Время на перегруппировку дают?

– Двое суток. За две ночи, думаю, вполне справимся.

– Очень хорошо. Давайте-ка карту, разберемся сначала сами.

Перед корпусом стояла задача: своим центром прорвать оборону противника на участке в шесть с половиной километров и. нанося удар на юго-запад, в направлении Кривого Рога, овладеть Ново-Покровка, ст. Пичугино, Табурище, а к исходу дня выйти на рубеж Александровка, Златополь, Новоселовка.

Таким образом, при общей протяженности фронта корпуса в 25 километров прорыв осуществлялся на участке протяжением в 6 километров; глубина ближайшей задачи составляла 3 километра, задачи дня - 10 километров.

– Я считаю, что нет необходимости производить особые перегруппировки, - сказал Щекотский, когда мы разобрались с задачей и нанесли ее на карту.

– Конечно, чем проще, тем лучше.

– Следует только немного потеснить Даниленко и рядом с ним поставить наш второй эшелон - дивизию Чиркова.

– Правильно, - согласился я.
– Эти две дивизии и нанесут главный удар, а Микеладзе и Чурмаев будут содействовать им своими внутренними, смежными флангами.

– А на внешних флангах будем обороняться.

– Да. Пока не прорвемся в центре.

Так было принято решение с учетом опыта нашего первого прорыва 30 января.

Атаку наметили начать во второй половине ночи, вслед за короткой артподготовкой. К 12.00 вызвали командиров дивизий, чтобы ознакомить их с решением и поставить задачи,

Первым прибыл Чирков (он размещался ближе, чем другие), за ним Даниленко, потом Чурмаев и Микеладзе. Собрались они у начальника штаба, и когда я зашел к нему, то застал всех за шумной беседой.

– Вам повезло. Отдохнули, пообсушились, позалатали дыры,-говорил Даниленко Чиркову.
– А мои под дождем да пол снегом.

– Не завидуй. Через день - два опять рядом будем, - отвечал Чирков.

– День-два на войне много значат. У меня на передовой мечтают хотя бы часок полежать на теплой печке.

Даниленко и Чирков встретились второй раз и внимательно изучают друг друга. Даниленко - плотный, краснощекий, одет в защитного цвета венгерку, отороченную серым барашком, защитные бриджи и хромовые сапоги. На выбритой до блеска голове лихо заломлена серая папаха под цвет оторочки. Вид щеголеватый. Говорит быстро, с украинским акцентом. "Ох, и хитер!
– говорят про него в шутку штабные офицеры.
– Его не проведешь!"

Чирков по росту под стать Даниленко. Одет просто: в шинели, ушанке, как и другие офицеры. Он сосредоточен, пожалуй, даже замкнут, говорит медленно и мало. Ответы его обдуманны, шутит редко.

Генералы Чурмаев и Микеладзе только что познакомились. Чурмаев добродушный, простой, с небольшими черными усиками, у Микеладзе - лицо усталое, болезненное.

– Растянули меня на двенадцать километров, что же я могу сделать? говорит Чурмаев, стараясь вызвать у своего собеседника сочувствие.

– А у меня восемь километров. Тоже только-только обороняться.

– Тогда пусть наступают полковники, - кивает Чурмаев в сторону Даниленко и Чиркова, - им и карты в руки.

Совещание продолжалось час - полтора. Каждый комдив получил свою задачу и подробные указания о перегруппировке. Перегруппировку боевого порядка решено было провести в последнюю ночь перед атакой, а весь завтрашний день посвятить организации взаимодействия в звене дивизия полк, полк -батальон.

В 14.00, захватив с собой Даниленко, Чиркова, Муфеля и Ильченко, я выехал на южную окраину Ново-Софиевки, на стык ударной группировки, чтобы на местности уточнить дивизиям задачи и увязать их взаимодействие.

Атаковал корпус в 5.00 17 февраля по ранее испытанному и оправдавшему себя методу. В течение двух минут били орудия прямой наводки по целям на переднем крае, затем был произведен десятиминутный огневой налет по переднему краю и ближайшей глубине с последующим переносом на вторую траншею. Сигнал на перенос огня являлся одновременно и сигналом для атаки.

Все как будто бы было продумано и предусмотрено, а между тем атака не принесла того успеха, который мы имели 30 января.

Противник на этот раз не дал застать себя врасплох. Он ожидал нашего удара и готовился отразить его. На участке у Даниленко гитлеровцы даже провели небольшую контрподготовку по исходному положению и выходам из Зелено-Поле. Артиллерию и минометы врага мы быстро подавили, но атака все-таки не удалась,

За три часа ночного боя пехота прочно овладела только первыми двумя траншеями; все ее попытки проникнуть глубже пресекались неподавленным огнем из Высоко-Поля.