Ни капризными крылышками, ни столь же капризным шарниром заокеанские оружейники не заморачивались. Они решили проблему и торможения, и вращения СПБЭ вращением жёстко закрепленного на корпусе парашюта. Вся система, короче, становилась единым телом, получающим при движении как крутящий момент, так и высокое сопротивление набегающему потоку.

Уж и не знаю, сколько «зелёных рублей» подняли на этой конструкции всякие там «Ратеоны», «Локхиды Мартины» и прочие «Хонивеллы» и «Нортроп Грумманы», но на выходе у них получилась довольно сносная хренотень, которую легко можно сбрасывать с высоты на ничего не подозревающих арабских таксистов. Последних, как и афганские свадьбы, эти высокотехнологичные боеприпасы поражали с завидной результативностью и неизменным медийным успехом.

Для местных условий такие решения вполне подходили. Высокая скорость, линейная и вращения, здесь совершенно не требовалась. Гоняться за разбегающимися, как тараканы, танками и машинами я в этом мире не собирался. Цели предполагались помягше, поширше и помедлительнее.

С образцом парашюта я надеялся справиться быстро, максимум, за неделю, но, как оказалось, ошибся — переоценил и себя, и свои умения. Воздушно-десантная подготовка входила в первичный курс той конторы, в какой начинал, а всего у меня набиралось не меньше трёх сотен прыжков, включая высотные и затяжные. А уж парашютов за свою жизнь повидал столько, что запросто мог бы сшить их самостоятельно, была бы ткань подходящая.

Со стропами, кстати, проблем не возникло. Бечёвка из жил пустынного верша для них вполне подходила — успел убедиться в этом ещё в самом первом своём путешествии по пещерам Урочища в компании Тура и Лики.

А вот с полотном, увы, ничего не вышло. Полотна нужной лёгкости-плотности-прочности в городе не нашлось. Я раз пятнадцать сбрасывал опытные образцы с «башни магов», возвышающейся над всеми другими строениями метров на сорок, но, к сожалению, всё заканчивалось одинаково. Едва только купол, сотканный из отдельных лоскутов-лопастей, наполнялся воздухом, как они одна за другой отрывались от канта и парашют предсказуемо схлопывался. Обидней всего, что и груз-то был достаточно лёгкий (килограмма четыре, не больше), а вот поди ж ты. Не держала местная ткань такую нагрузку, хоть всю её нитками обстрочи.

Хочешь не хочешь, пришлось идти к Балию, чтобы посоветоваться и, если простое решение не найдётся, применить магию.

Честно сказать, желания использовать магию для укрепления ткани у меня не было. Причина простая: применять «вундервафлю» мы собирались в море, а в дальнем море «нерунная» артефактная магия не работала. И хотя возле бывших имперских портов с мыслемагией всё было в норме, энергии она требовала дофига, поскольку в случае с парашютами размеры каждого артефакта автоматически увеличивались до размеров каждого купола…

С главой магсовета мы беседовали часа три. Простого решения добиться не удавалось, и я уже почти приготовился перейти к «варианту Б», однако к нам в кабинет неожиданно заглянул мастер Тарзий, тот самый големщик, что сопровождал меня в рейде к Салате. Удачно, как выяснилось, заглянул. Очень удачно…

— Мессир! Мастер, — поклонился он, как только вошёл. — Прошу прощения за нахальство, но дело, действительно, важное. Наши люди из Сежеша сообщили: к ним в город прибыл купец с востока. Товар — десять кип «паутинки». Оптовые покупатели не нашлись (слишком дорого запросил), он собирается продавать её в розницу. Прогноз: под каким-нибудь благовидным предлогом товар у него отберут.

— Что это за «паутинка» такая? — поинтересовался у изумлённого Балия.

— Мессир! Вы не поверите! Это именно то, что вам нужно…

Из его объяснений я понял: это и вправду то, что мне нужно.

Чрезвычайно лёгкую и прочную ткань наподобие шёлка, называемую «паутинкой», на самом деле, производили из паутины. Обитающие в восточных лесах пауки пряли её под чутким приглядом тамошних чародеев-волхвов и стоили в землях Империи баснословно дорого. По большей части, в срединную часть континента «паутинку» завозили контрабандисты.

Купец, про которого доложил Тарзий, был тоже из их среды. Вывезти «паутинку» из восточных чащоб ему удалось, но с реализацией возникли проблемы. Заказчик, которому предназначался товар, жил в Арладаре и погиб вместе с городом.

— Сколько он хочет? — спросил я у Тарзия, когда всё уяснил.

— Три тысячи лартов за каждую кипу. Кипа — это примерно сто пятьдесят аршей готовой ткани.

— Ширина отреза?

— Арш с четвертью.

«Хватит на тридцать изделий, — мысленно подсчитал я расход. — А если взять всё, то на триста».

— Сколько у нас в казне?

— Чуть больше ста тысяч, — развёл руками глава магсовета. — Если оплатим все десять, возникнет большая дыра, а у нас бюджет…

Договорить я ему не дал:

— Плевать на дыру! Расходы вернутся сторицей. Я гарантирую.

Балий грустно вздохнул, но возражать не решился…

За «паутинкой» в Сежеш отправилась целая экспедиция.

Сперва собирался лично возглавить её, но мне отсоветовали. Причём, не только местные маги, но и Алина, а следом за ней и прибывшие с нами в Пустоград драаранцы. Последние, к слову, тоже вошли в состав экспедиции. А её было решено замаскировать под обычный купеческий караван.