– Хорошо… черт, у меня тушь потекла… Гарри, я буду в редакции так быстро, как только смогу! Не больше получаса, обещаю!

– Ладно…

– Тогда… - всхлип.
– До встречи, мистер Озборн.

– Угу. До встречи, мисс Брант.

Я выключил телефон, убрал в карман. Обратился к водителю:

– Не торопись, Марти… я хочу подъехать к офису “Дэйли Бьюгл” через час.

Огромный чернокожий мужчина кивнул, сворачивая на какую-то боковую улочку. За что люблю Марти - так это за его молчаливость. И исполнительность. Первый кандидат на принятие улучшенной сыворотки Гоблина…

Впрочем, до этого еще далеко. Сейчас стоит подумать о насущном.

А именно: о Пауке. Что с ним делать?

Понятно, что адекватным он не станет, пока носит все черное. Значит, надо заставить его снять костюм. Как? В каноне, вроде, тварь можно было победить звуком? Или огнем?..

Надо подумать. И вспомнить…

– ---------

Кабинет Джея Джона Джеймсона не был просторным, зато оказался очень светлым. Огромное окно занимало всю стену, позволяя солнечным лучам заливать помещение с раннего утра до позднего вечера.

Правда сейчас в нем было очень тесно, из-за набившегося народу. Журналисты меня в покое не оставили.

– Простите, мистер Озборн, - хозяин кабинета улыбался нагло и провокационно, не обращая внимания на своих коллег по ремеслу. Еще и сигарету посасывал. Демонстративно.
– Мы не будем писать опровержение. Более того, Дэйли Бьюгл никогда (слышите, никогда!) не писали опровержений.

– Могу я узнать - почему?

– Гляньте пожалуйста на то, что написано маленьким шрифтом внизу страницы, - Джеймсон указал на едва заметную запись: “Описанное в этой статье - личное мнение автора, редакция может быть несогласна с этим мнением”.

– И что это меняет?
– уже догадываясь об ответе, спросил я.

– То, что мы не несем ответственности за содержимое статьи, - сверкнул пожелтевшими зубами редактор. Эту улыбку поймали несколько фотовспышек.
– Просто “Дэйли Бьюгл” - это площадка, где талантливые авторы могут высказывать свое мнение. Воспользоваться своим правом, прописанном в Конституции США. Для нас, мистер Озборн, свобода слова - священна!

Я сжал зубы, чтобы сдержать рвущиеся наружу злые слова.

– Хорошо, - заставить свой голос звучать спокойно и ровно было неимоверно трудно.
– Пусть так. Однако автор, якобы написавший статью, насколько мне известно, уже отказался от нее.

– Это ничего не меняет, - пожал плечами мужчина, продолжая высокомерно глядеть на меня, со своего кресла.
– На этот раз, под именем мисс Брант высказался кто-то другой. Но высказался же! И мы предоставили ему такую возможность.

То есть Джеймсон не так уж и глуп, и себя с этого направления прикрыл.

Значит, “Дэйли Бьюгл” из списка возможных жертв операции, направленной против меня и "ОзКорп", можно вычеркивать.

– Мистер Джеймсон, послушайте…

– Нет, это вы меня послушайте, мистер Озборн, - Джеймсон играл на публику, явно наслаждаясь ситуацией.
– Я не берусь вас судить - пусть это сделает кто-то более компетентный - но, пожалуйста, покиньте мой кабинет. Мне сложно находиться в одной комнате с человеком, которого подозревают в столь тяжком деянии…

– “Подозревают”?
– мои глаза расширились от удивления.
– Прошу меня простить, но откуда вы это услышали? Насколько я знаю, никаких обвинений мне не предъявлено.

– Пока, - хмыкнул редактор.
– Но, я уверен, что материалы, предоставленные в статье, которую мы разместили сегодня, требуют тщательной проверки.

– В вашей статье нет ни единого доказательства, - отмахнулся я.

– Зато там есть факты, мистер Озборн, - все так же высокопарно, ответил Джеймсон.
– Факты, которые, наверняка, заинтересуют следствие… А теперь, я еще раз настоятельно прошу вас покинуть мой кабинет. Мне надо работать.

Я пожал плечами и шагнул в сторону двери. Остановился у самого порога:

– Значит, вы - идейный, мистер Джеймсон?

– Простите?

– Вы - идейный? Готовы на все, ради свободы слова?

– Да, конечно…

– Хорошо, сэр. Надо будет запомнить, - я улыбнулся, заметив бейджик сотрудника, что нетерпеливо переминался с ноги на ногу, пытаясь попасть в кабинет редактора. На бейджике значилось имя: “Эдди Брок”.

– ---------

Засыпая в собственной кровати, Джона Джеймсон считал, что прошедший день был одним из лучших в его жизни. С самого утра он получил просто невероятный материал с почты Бэтти Брант. И, хотя начинающая репортерша уже через пару часов после выхода номера отказалась от своего авторства (а нечего шляться неведомо где и не отвечать на звонки), репортаж все равно оказался настоящей бомбой.

Приход юного директора "ОзКорп" в его офис тоже иначе, чем подарком, не назовешь. Их разговор показывали по всем каналам, Джона Джеймсон стал героем дня. Очень неплохо для того, кто собирается баллотироваться в мэры.

А потом еще и Эдди Брок со своим репортажем о Пауке. Подумать только, Человек-Паук - убийца и грабитель. Нет, люди и раньше относились к нему с опаской, все-таки всепрощением Стенолаз не страдал. Другое дело, что раньше он никого не убивал. А вот сегодня - убил. А Эдди - молодчинка - это запечатлел на пленку.