– Как дела, молодой человек?

– Нормально. Доктор сегодня хочет выписать.

Тромб боязливо вздрагивает, а незнакомец радостно кивает головой.

– Да, вас сегодня выпишут.

– "Сегодня как раз хороший день." - доволен незнакомец.

– Ничего подобного, дождь и темень за окном.

– "Попался, голубчик."

– "Идите к черту." - посылаю ему сигнал.

Он опять расплывается в улыбке. Я начинаю терять терпение и командую доктору.

– "Док. Вытолкните его из палаты."

Лицо Тромба напряглось. Он как лунатик, подходит к военному и начинает его выталкивать в направлении двери.

– Что с вами, Григорий Павлович?

– "Это я приказал."

Военный еще больше раздвигает рот в улыбке и позволяет уже без сопротивления вытолкнуть себя за дверь.

– "Генерал не поверит, если расскажу..." - читаю его последнюю мысль.

Доктор поспешно выписал меня через час после этой встречи.

На кафедре никто ничего не понял. Все для приличия интересовались моим здоровьем, но я видел их насквозь. Мое здоровье было им до фени. Только Аня при моем появлении внутренне простонала. Это я к ней все время приставал, пока не нарвался на Витьку.

– "Господи, только бы он ни о чем меня не спрашивал. Витька, дурак, втянул в эту историю, теперь и не знаю как отделаться."

Я просто поклонился Ане и прошел на свое место. Появился Витька, увидел меня и скривил рот.

– "Вот черт, завтра опять к следователю. Если этот, засранец, не поможет прикрыть дело, я влип. Надо Аньку подослать, что бы этот, мудак, отказался от дела. Ей пригрожу, пусть ляжет под него."

Я сидел и развлекался, читая мыслишки своих друзей и врагов.

Аня первая подошла ко мне.

– Миша, как дела?

– "Хоть бы ты сдох..."

– Спасибо, Аня, все в порядке.

– Сегодня в нашем кафе ансамбль "Самоцветы". Ты не хочешь сходить?

– "Нужны мне эти "Самоцветы", как собаке пятая нога".

– Давай сходим.

– "Ну вот вляпалась, теперь точно придется трахнуться".

– Тогда пока, до семи вечера.

Естественно после кафе, Аня пришла ко мне в общагу. По дороге мы купили бутылку дешевого вина. И вот после первого стакана, Аня наконец меняет настроение.

– "А мальчик-то ничего. Только как он ко мне приставать будет? Хорошо бы потянул немного."

Попробую-ка я влезть в ее головку.

– "Смелей, Анечка, смелей. Подними свою ручку. Так. Положи на плечо. Теперь целуй. Хватит. Срывай юбку. Быстрей. Теперь кофту. Рви бюстгальтер, рви. Ну вот, падай."

Вслушиваюсь, как прореагирует она.

– "Господи, что со мной, я все делаю как во сне. Чего он тянет? Не тяни же."

Я не тяну.

Учусь так себе, как все. Подходит время экзаменов и первый преподаватель по математике тешит нашу группу одними двойками. Я смело взял билет.

– Билет номер одиннадцать.

– Хорошо, идите готовьтесь.

– "Еще один придурок, по роже вижу, что ни черта не знает."

– "Врешь, это у тебя засраный характер".

Математик подпрыгивает и с испугом смотрит на меня.

– "Что это? Неужели мне показалось?"

– " Не связывайся. Поставь хорошо и отпусти", - командую я.

– Вашу зачетку, - неуверенно говорит он.

Рука его трясутся, когда он мне выводит четверку.

За дверью все в шоке. Анечка прижимается ко мне.

– Миша, я тебя поздравляю.

– "Везет же дуракам. Мне схватить бы вшивенькую троечку."

Она меня чмокает в щеку и открывает дверь, чтобы предстать перед преподавателем.

– "Может можно охмурить этого старого пердуна. Бр... До чего у него противная морщинистая кожа." - слышу я на последок.

Начался суд над Витькой. Я копаюсь в мозгах судей, защитников и свидетелей, пытаясь направить их в нужном направлении. Какой-то тип вошел как свидетель.

– Итак.
– спрашивает его судья, - вы видели, кто ударил...

Свидетель с виду невозмутимый, а на деле...

– "Только бы никто не дознался, какую чушь я понесу".

– "Попробуй только не скажи?

Свидетель в испуге оглядывается.

– "Говори правду..."

– Уважаемый суд, я не видел кто бил истца. Просто Виктор предложил мне достать джинсы за то, чтобы я мог выступить здесь и сказать, что его при драке не было. Я должен был показать, что Виктор разговаривал в это время со мной в кафе за бутылочкой вина.