— Это давно было, — насупился мавилл, и морщины на его лбу аж буграми пошли.

— Ага, неделю назад, — довольно рассмеялся гном.

Тень над рекой казалась особенно темной, да и сама вода будто почернела. Эльф зачерпнул ее ладонью и попробовал на вкус. Обычная речная вода. Немного горьковатая, но пить можно.

— Здесь она еще ничего, — заметила Фина, — а вот ниже по руслу становится горькой как хина. Наверное, потому что на берегах стоят храмы некромантов.

— Сливают всякую дрянь, — понял древний, — надо бы навестить их как-нибудь.

— Одной резней делу не поможешь…

— А двумя запросто! — воскликнул гном, слушая их разговор, — раньше друдкхи занимались спасением природы, а теперь будет Дагги! Даже не знаю, что хуже! Те просто набивали трупы семенами и закапывали поближе к поверхности, а Дагги дарует измельчение в паштет.

Древний промолчал и отошел в сторону. От Рука еще пованивало, но этого вроде бы никто не замечал. Здоровенный мавилл подошел к эльфу и протянул руку.

— Это признание того, что ты хороший воин, — буркнул он, — я тебя недооценивал.

— Ты тоже, — эльф пожал ему руку и вернулся к своей лошади.

Нужно было двигаться дальше. Езда в седле нисколечки не изматывала новое тело эльфа. Он держался вполне уверенно, а вот гному было уже не по себе. Лошадь была для него высоковата, но на пони он не ездил из принципа. Считал это ниже своего достоинства, а оно у него было ого-го! По колено. По крайней мере гном часто об этом упоминал.

Граница Тени приближалась, и спутники попросили эльфа снова надеть тряпки прокаженного, так как на дорогах могли встретиться патрули. И вот у них уже будут вопросы к высокому ушастому парню в странной броне и с мечом в ножнах. Современным эльфам категорически запрещено иметь клинковое оружие длиннее ножа, любые доспехи и луки большего короткого. Топоры и то только дровосекам выдают. И если стража встречает эльфа с мечом, то сразу же истребляет его как повстанца. Поэтому когда на границе Тени появилось трое остроухих всадников с оружием, Марк сразу же взялся за молот.

— Свендары, — негромко он сказал Эльдагару, — они здесь неспроста.

— Думаешь, это те же самые, что обстреляли нас, когда мы плыли на лодке? — уточнила Фина.

— Да хер их знает, но обычно эти фанатики так далеко не забираются. Скорее всего, они шли по нашим следам, но потеряли их и просто поехали до границы. Развернулись, а вот и мы! Сами приехали, на блюдечке!

— Стойте здесь, — приказал Эльдагар и двинулся навстречу всадникам. Когда между ними осталось не более десяти метров, древний скинул маску и капюшон. Эльфы остановились. Один из них натянул тетиву и положил стрелу. Другой поднял руку, как бы говоря Эльдагару остановится. Древний спрыгнул с лошади и спокойно пошел им навстречу. Он знал, что свендары дали обет молчания, пока не падут все Короли, но тем не менее обратился к ним на древнем языке. Те удивленно переглянулись, а затем спешились, чтобы подойти поближе. Теперь Эльдагар мог увидеть их лучше и понять, что современные эльфы совсем не чета ему и его сородичам. Эти эльфы были почти на голову ниже. Их кожа казалась более темной, а глаза стали ближе к человеческим по форме. Длина ушей тоже стала меньше, а острота кончиков притупилась.

— Вы больше похожи на людей, чем на моих сородичей, — разочарованно сказал Эльдагар на древнем языке и к его удивлению один из эльфов посмел ему ответить.

— Мы дали обет не говорить на человеческом языке. Наш настоящий язык мертв. Мы плохо знаем его. Назови свое имя.

— Я не обязан делать этого. Вам оно все равно ничего не даст. Поэтому я и не спрашиваю ваши.

— Ты не считаешь нас за своих братьев, — понял свендар, у которого в ушах болтались сережки в виде кленовых листьев.

— Нет. Кто учит вас древнему языку? Есть ли другие древние как я? — спросил Эльдагар.

— Мы учимся по книгам, и у нас был учитель, но он погиб, пожертвовав собой. Мы не знаем других древних, но ходят легенды, что они до сих пор живы. Мы верим, что однажды они вернутся.

— Вы не чистокровные? — прямо спросил Эльдагар, — я чую в вас человеческую кровь. Знайте, я ненавижу людей, а значит и их отпрысков, кем бы ни были ваши матери.

— Ты имеешь на это полное право, — вздохнул свендар, — но скажи нам, древний. Какая главная цель твоего возвращения?

— Смерть всех шести Королей и их потомков. Их династии должны пасть и прекратиться навсегда, — гордо сказал Эльдагар, — месть всему человечеству. Я убью их предводителей, потомков и уничтожу все маяки. Пусть Тень падет на людские земли и уничтожит их.

На лицах свендаров засияли довольные улыбки. Они радостно переглянулись.

— Глупо напрашиваться к тебе в помощники, — сказал один из них, — но мы рады, что пророчество сбывается.

— Я не знаю его, — холодно ответил древний.

— Главное, что оно знает тебя, — улыбнулся свендар с листочками в ушах, — до встречи, кто бы ты ни был. Мы желаем тебе удачи на твоем пути. Да будет светлым твой путь.

Эльдагар машинально приложил руку к сердцу. Это было пожелание воинов древних эльфов. Свендары забрались обратно в седла и проехали мимо, а Эльдагар так и стоял с рукой, лежащей на груди, но не слышащей сердце.

— Удивительно, что эти маньяки вообще с тобой заговорили, — хмыкнул гном, который уже успел подъехать ближе, — они же дали обет молчания.