– Слушай.

Выкладывает диктофон, нажимая на кнопку.

– Кто для тебя Потоцкая?5d616c

– Никто.

– Что будешь с ней делать?

– Наиграюсь и выброшу.

– Значит, никаких чувств?

– Пустое место.

Голос Яниса, твёрдо заявляющий, что я лишь случайный эпизод. Девочка, которую сбросят на обочине после потери интереса. Ненужная, чужая, не имеющая значения. Никто. Закрываю глаза, не желая верить в услышанное. Но одно дело слова Тафанова, другое – подтверждение, которое я прослушала. Значит, прав – не вернётся. Избавился от меня, сбросив право определить мою судьбу на отца.

– Кроме этого, есть ещё причина, по которой мой сын решил от тебя отказаться. Саид Мерханов желает получить наследство твоего отца. Ты ему нужна до момента получения наследства, а дальше… Понимаешь, что с тобой будет дальше?

– А?.. – словно проснувшись, смотрю затуманенным от слёз взглядом на Тафанова.

Мерханов? Впервые слышу эту фамилию и не понимаю, почему этот человек стремится получить деньги папы. Клиент? Враг? Наверное, уже не имеет значения. Не я решаю, где окажусь завтра и есть ли у меня будущее. С момента смерти папы я плыву по течению, ожидая, к какому берегу меня прибьёт. Хорошо, если на этом берегу я выживу, в чём сейчас уже не уверена.

– К противостоянию Янис не готов, людей у Саида много. У меня нет причин вклиниваться в предстоящую войну. Если бы ты была женой Яниса, тогда да, а так… В общем, предлагаю два варианта. Первый: прямо сейчас ты покидаешь мой дом и живёшь так, как пожелаешь. Не держу.

Делает паузу, чтобы до меня дошёл смысл произнесённого. У меня нет ничего, и там, за пределами этого дома, я пропаду, не приученная к самостоятельной жизни. Начнём с того, что у меня даже документов нет.

– Второй: я отправляю тебя в безопасное место до момента, пока ситуация не прояснится.

– Вы? Зачем вам это?

На секунду проскальзывает мысль, что Тафанов и сам претендует на наследство папы, но она тут же теряется в череде воспоминаний, связанных с Янисом.

– Жалость к той, что осталась одна в этом мире.

Жалость… Вероятно, только это чувство я могу вызывать. Жалкое, беспомощное создание, неспособное позаботиться даже о самой себе.

– Наверное, второй, – произношу на автомате, решив, что вариант более привлекателен исходя из того, что обрисовал Тафанов.

– Тогда иди в столовую. Ужин, а затем тебя отвезут в аэропорт.

– Хорошо, – встаю, направляясь к двери, но вовремя вспоминаю: – У меня нет документов.

– Я решу этот вопрос.

– Как скажете.

Бреду, не могу вспомнить, где столовая, о которой сказал Тафанов. Уткнувшись в одну точку, пропускаю нужную дверь, но меня направляет девушка в форме, подводя к стулу. Ольга и Эрнест уже здесь. Последний что-то говорит, но я не слышу, окопавшись в накрывших с головой эмоциях, не позволяющих оценить ситуацию. Плевать, что со мной будет, потому что вряд ли в завтрашнем дне меня ждёт что-то хорошее. Не хочу есть, гася приступы тошноты. Реакция на стресс, проявляющаяся так не вовремя.

– Вас просят собраться. – Кто-то кладёт ладонь на моё плечо, а я, обернувшись, вижу размазанное пятно.

– Да, конечно.

Иду в комнату, чтобы взять каракури и телефон, а затем понимаю, что его заберут. Просматриваю сообщения, удаляю с кодом от сейфа и цепляюсь взглядом за второе. В нём тоже набор цифр. Пробежавшись по строчке несколько раз, стираю и его, выкидывая телефон в мусорное ведро.

Выхожу, чтобы последовать за высоким мужчиной, который приглашает меня занять место в машине. Трогаемся и куда-то едем довольно долго. Аэропорт. Понимаю сразу, как только оказываюсь в огромном зале, пробиваясь между снующих людей. Меня лишь подталкивают в спину, направляя и отдавая приказы. Момент, когда в моих руках оказывается паспорт, пропускаю. А дальше я уже прохожу регистрацию и досмотр в компании женщины лет сорока. Она, словно мой поводырь, указывает направление, дёргая в нужный момент за руку.

Прихожу в себя в тот момент, когда оказываюсь в самолёте рядом с той самой женщиной. Хочу понять, куда мы летим, кручу головой, но не знаю, к кому обратиться. Внутри растекаются паника и понимание, что я совершаю ошибку.

– Я хочу выйти, – пытаюсь встать, но она возвращает меня на место. – Мне нужно поговорить с Янисом. Дождаться по возможности.

– Сидеть, – цедит сквозь зубы, оглядываясь и опасаясь быть услышанной, а затем я чувствую укол в шею и проваливаюсь в темноту.

Овод

Дерьмовое предчувствие. Майя осталась в гадюшнике, где каждый норовит раздавить её. Ольга получила новый объект для издевательств. Она и Вику когда-то пыталась прижать, но в тот момент Одинцовы были важны для отца, поэтому он жену приструнил, заставив сдерживаться, а спустя пару месяцев мы свалили, оставшись вдвоём.

Но Вика выросла в иных условиях, понимая, чем занимается её отец и чего от неё ждут – объединения капиталов. Не срослось, точнее, наследника не получилось. Я разочаровал отца и лишил львиной доли, на которую он облизывался много лет. Неудачный, бракованный, нелюбимый сын. После только так. После надежды исключительно на Эрнеста.