Покорный слуга отыскал телефон и передал положенное сообщение: "Объект исчез, примите меры". Превосходно. Итак, все голливудские правила, предполагающие полное отсутствие умения работать собственной головой, соблюдены. Хотя нужно быть последним идиотом, чтобы по поведению моей малютки-жены не догадаться, что она намеренно поспешила оставить меня, дабы не пачкать наши отношения поспешным и лживым сексом в последнюю минуту. Хоть ей, возможно, и предложили воспользоваться этим средством, дабы я ничего не заподозрил.

Я повернул назад, в сторону причалов. Ступил на длинный пирс и увидел, что из главного люка "Спиндрифта" поднимается струйка дыма. Первым моим побуждением было, разумеется, броситься бежать: еще бы, яхта моя загорелась. Остановила меня мысль, что яхта-то на самом деле не моя, а люди моей профессии, бездумно кидающиеся навстречу неведомой опасности, превращаются в превосходную мишень для всякого рода недоброжелателей. В результате покорный слуга немного поостыл и быстро укрылся за одним из бетонных столбов на краю пирса - укрытие не Бог весть какое, но человека, предпочитающего стрелять наверняка, может остановить.

Выглянув из-за столба, я сообразил, что струйка слишком тонка для настоящего пожара. Да и поднималась не из люка, а над кокпитом, ближе к корме.

Когда я осторожно приблизился к яхте, расположившаяся в кокпите женщина небрежным жестом выбросила свою сигарету за борт. Сигарета описала в темноте маленькую красную дугу и канула в воду. Гостья успела сменить модные шорты, в которых я видел ее в последний раз, однако новый наряд был выдержан в том же духе: широченный белый комбинезон парашютиста с огромными рукавами и мешковатыми шароварами в лучших гаремных традициях, заканчивался костюм узкими манжетами на запястьях и щиколотках, а на талии был перехвачен широким золотым поясом. Полагаю, что понадобилось бы не меньше недели, дабы отыскать внутри женщину. Разумеется, при условии, что найдется желающий заняться подобной работой.

– Добрый вечер, миссис Уиллистон, - поздоровался я, глядя на нее сверху вниз с причала.

– Стало быть, после нашей встречи у телефона вы навели обо мне справки. Собственно, я на это и рассчитывала, именно для того и мозолила вам глаза.
– Она одарила меня улыбкой.
– Превосходно. Люблю иметь дело с умными людьми.

– Интересно, отвечают ли они вам взаимностью?

Женщина проигнорировала мой вопрос.

– Полагаю, ваша команда осталась неукомплектованной, капитан. И смею надеяться, что смогу занять образовавшуюся вакансию. У меня за плечами две бермудских регаты и один трансатлантический переход. Умею обращаться с примитивным секстантом и даже чуток готовить - если придется. А поскольку борцы за женское равноправие в море пользуются малым авторитетом, готовить приходится не так уж редко.

Я холодно посмотрел на нее, испытывая сильнейшее искушение предложить убираться с моей яхты, причем не в самой вежливой форме. Я чувствовал себя осиротевшим и одиноким, и не испытывал ни малейшего желания иметь дело со стройными загорелыми особями женского пола в мешковатых костюмах. Но она явно приказала Эми удалиться и явилась на яхту с далеко идущими намерениями. Мое же задание - и возможно, наиболее существенная его часть - состоял в том, чтобы выяснить, в чем эти намерения состоят. Поэтому в ответ на краткую речь покорный слуга передернул плечами и спрыгнул на палубу. Сейчас палуба находилась значительно выше, нежели в прошлый раз, - наступило время прилива. Я направился на корму.

– Желаете выпить, миссис Уиллистон?

Женщина кивнула.

– Эми говорила, вы мастер обращаться с бутылкой. Мне это по душе.

– Поразительно, как вы, испытывая такой восторг от моей скромной персоны, до сих пор жили без меня, - сухо бросил я.
– На борту имеется шотландское виски.

– Превосходно.

– В каких пропорциях?

– Без воды. Немного льда.

Управившись с напитками, я отодвинул в сторону ее багаж: дорожную сумку с наплечным ремнем, и другую, брезентовую, с молнией по всей длине - новомодное изобретение, позволяющее сразу добраться до дна, вместо того, чтобы понемногу докапываться до, скажем, чистых носков. И уселся на освободившееся место, глядя на гостью.

– Где Эми Барнетт?

– Она же Пенелопа Мэттьюс?
– Женщина насмешливо улыбнулась.
– Легенда, прямо скажем, не слишком убедительная, мистер Хелм. Разрешите уж воспользоваться вашей настоящей фамилией. Мы без особого труда отыскали вас после вашей попытки, образно говоря, опустить занавес в Майами. Проследили вас до гавани в Корел Гейблс, после чего легко выяснили: вы намерены направиться на Багамы. Затем проверили порты в Бимини и Вест-Энд, на оконечности этого острова; и, наконец, наведи справки в гавани Фрипорта...

– Молодцы, - похвалил я.
– А что с Эми?

– Она отказалась содействовать осуществлению наших зловещих планов, направленных против вас. Пришлось вывести ее из игры, а мне занять ее место. Так что вам повезло.
– После короткой паузы миссис Уиллистон продолжала: - Ваша малышка пребывает в полном порядке. Утром первым же рейсом вылетит домой, вот и все. Так принимаете на работу?

– Откуда столь пылкое желание работать под моим началом?
– поинтересовался я, разглядывая ее красивое загорелое лицо. И добавил: - Кстати, какие зловещие планы разработала против меня ваша НАМ, миссис Уиллистон?