– Орнада, сэр.

– Понятно. Возможно, вы могли бы пролить свет на случившееся. Наши коллеги из другого агентства были бы весьма признательны получить информацию.

– Видите ли, у мистера Су был склад, где хранился катализатор для его генератора...

– Только не рассказывайте, пожалуйста, об этом мне, Эрик, - сухо перебил меня Мак.
– Эта операция по уничтожению грузовика, которую вы провели без каких-либо инструкций с нашей стороны, меня не касается. Несомненно, вас будут расспрашивать о ней самым подробным образом. Так что поберегите силы.

– Да, сэр.

– Меня только смущает одно обстоятельство. Это ведь наша третья встреча с китайцем, не так ли?

– Так точно.

– Всякий раз вы, так сказать, берете над ним верх, если я не ошибаюсь. Тем не менее, обнаружив вас в бессознательном состоянии - полицейские утверждают, что он никак не мог не заметить вас, - он вышел из машины и растворился, оставив вас в покое, хотя вы в очередной раз нарушили его планы. Не кажется ли вам это несколько странным?

– В нашу первую встречу я все-таки спас ему жизнь, - сказал я без особой уверенности в голосе.

– Су - профессионал. Вряд ли благодарность играет сколько-нибудь существенную роль среди его мотивов.

– Знаю, - отозвался я. Мак, конечно же, угодил в мое больное место. Эта самая мысль не давала и мне покоя. В чем я не замедлил признаться: - Вилли хотел меня убить, чтобы расквитаться за старое. Он не мог простить мне, что с год назад я сорвал ему операцию в Мексике. Но китаец отбивал меня от его посягательств, словно медведица медвежонка. Я и думаю...

– Да, да, Эрик.

Я колебался. Идея была, конечно, безумная, но все-таки я решил ею поделиться.

– Насколько эффективным был этот чертов генератор?
– спросил я.
– Какой ущерб нанес он тогда в Лос-Анджелесе?

– У меня нет точных данных, но похоже, это был достаточно серьезный смог. По шкале происшествий это была готовность номер два.

– А сколько их всего?

– Третья требует принятия чрезвычайных мер.

– Стало быть, вторая не означает бедствия?

– Думаю, что нет. Я вздохнул и сказал:

– А что, если генератор не сработал так, как обещал Соренсон? Вы ведь знаете, сэр, как эти ученые расписывают свои изобретения? А что, если этот проект разочаровал мистера Су?

– Так, так, Эрик, - насупился Мак, - продолжайте.

– Предположим, Су и его люди надеялись, что заполучили страшное оружие, которое в состоянии сеять смерть в больших городах, а потом, представьте, выясняется, что самое большее, на что способен этот генератор, - несколько лишних приступов астмы и ситуация средней степени тяжести. Предположим, что мистер Су проанализировал результаты опыта в Лос-Анджелесе и решил, что с Альбукерке возиться не стоит, что это только может навести нас на мысль о неэффективности генератора.

– Интересная мысль, Эрик. Продолжайте.

– Он сохранил мне жизнь. Это потребовало от него определенных усилий, хотя куда проще ему было отдать меня на растерзание Вилли. Почему он так поступил? Может, он хотел меня отпустить, чтобы я рассказал миру об ужасном оружии, которое испытывают китайцы? Но зачем предупреждать противника, сообщая ему об испытаниях этой новинки на американской территории? Я сильно подозреваю, что это была не лабораторная, малая модель генератора, но самое большее, на что они были способны. Мистер Су планировал страшную психическую атаку, которая должна была повергнуть Америку в панику. Но все кончилось пшиком. Тогда китаец решил получить хоть какую-то прибыль со своей инвестиции. Потому-то он и решил снабдить меня ложной, но грозной информацией. Тогда понятно, почему все наперебой твердили мне, какая страшная машина этот генератор, хотя вообще-то им следовало об этом помалкивать.

– Продолжайте, - сказал Мак, когда я замолчал, собираясь с мыслями.

– Я начинаю подозревать, что, провалив опыт, этот чудо-агрегат был обречен на уничтожение. Боюсь, я оказал мистеру Су услугу, когда спихнул в каньон его грузовик. Кроме того, я и до этого оказал ему услугу - когда сбежал, пусть не без помощи Роберты Принс. Он, впрочем, тоже пошел мне навстречу. Он не позволил Джейсону выстрелить нам вдогонку. Я-то гордился своей ловкостью и смекалкой, но если бы мне не удалось тогда сбежать, мистер Су придумал бы что-нибудь еще. Я был нужен ему живым и на свободе. Он хотел, чтобы я рассказал кому надо о страшной машине, которую испытывают китайцы - пусть пока произошла, мол, осечка, во второй раз получится впечатляюще. Возможно, он рассчитывал, что мы затеем срочную кампанию по очистке окружающей среды - не без ущерба для нашей экономики в целом и для транспорта в частности. В общем, он просто не мог допустить, чтобы Вилли отправил меня на тот свет. Я стал его единственным шансом извлечь хоть какую-то прибыль из этого дорогостоящего фиаско.

Я замолчал. Какое-то время в палате стояла тишина. Мак выглядел необычно нерешительным. Наконец он произнес:

– М-да... Большое искушение, Эрик, думать, что все обстоит именно так. Но может, нам не следует проявлять сверхпроницательность? Может, если создастся впечатление, что угроза сильна, то это приведет...
– он осекся, а я продолжил:

– Это приведет к повышению активности сторонников борьбы с загрязнением окружающей среды. Возможно, именно на это и рассчитывал Соренсон, когда изобрел эту машину и передал ее китайцу. Возможно, он считал, что не столь важно, кто именно напугает нас до такой степени, что мы начнем шевелиться, дабы не задохнуться в побочных продуктах нашей цивилизации.
– Помолчав, я спросил: - Итак, сэр, стоит ли мне доложить кому надо, что у китайцев есть мощное оружие, то есть оправдать надежды мистера Су?