— Да я же…

— Макар, сейчас по селу пойдёт, — тихо сказал Зёзик, — оно тебе надо?

— Да, ты прав, — шумно выдохнул Гудков и повернулся ко мне, — а с тобой разговор не окончен. Продолжим в школе, когда все проснутся!

Ну продолжим, так продолжим, я сам понимал, что Макар должен меня как-то показательно наказать за нарушение дисциплины, иначе в агитбригаде скоро начнется анархия. Уже началась.

Мы вернулись обратно и я юркнул к себе. Намереваясь часик поспать, в сон клонило ужасно.

Но не тут-то было. В чулане меня ждали любопытные призраки.

— Ну что там, Генка?! — требовательно набросились они на меня.

Пришлось рассказывать о визите к гадалке.

— Не ходи к ней в ученики, — сказал Енох, — не надо оно тебе.

— Почему это? — зевнул я, меня уже вырубало от усталости.

— Ничем хорошим для тебя это не закончится, — пробурчал скелет. — Будешь у старухи в услужении.

— в обучении, — поправил его я.

— В услужении! — рассердился Енох, — я лучше знаю…

Он ещё что-то говорил и ворчал, ему поддакивал Моня, но я уже не слышал — провалился в сон.

Очнулся от того, что мне в ухо кто-то назойливо гундел:

— Генка… Генка… Генка…

— А? Что?! — вскинулся я.

— Генка, — продолжил гундеть Енох и, увидев, что я проснулся, сказал, — Я конечно далеко отходить не могу, но и через дверь слышно, что они куда-то собрались.

— Сколько я спал? — зевнул я.

— Часа полтора, — сообщил Моня.

— Спать хочу, — пожаловался я.

— Я просто подумал, что, может, для тебя это важно, — сказал Енох, — уж очень они ругались.

— Правильно сделал, — сказал я призраку и с подвыванием потянулся.

— Насколько я понял, они идут в село, к сектантам этим, — сообщил Енох и у меня сон моментально пропал из глаз.

— Хорошо. Что разбудил! — похвалил его я и принялся торопливо натягивать на себя штаны и другую одежду.

Ребят я нагнал уже во дворе.

— Погодите! — крикнул я, плеснув из бочки на лицо пригоршню воды, — я с вами иду!

— Ага! — хмыкнул Зубатов, — а то мы без тебя не разберемся!

— Дома сиди, — хмуро велел Гудков.

— Ну, Макар, сам посуди. Может, там драка или еще что начнется, нужно будет сбегать девчат наших предупредить или к комсомольцам! — сказал я, — не ты же побежишь, и не Виктор. Может у вас каждый кулак на счету будет. А я пригожусь, сбегаю.

— Парень дело говорит, — поддержал меня Зубатов, которому перспектива быть на побегушках не понравилась.

— А если действительно что начнется, а мы ребенка втянули? — засомневался Гудков.

— Мне шестнадцать лет! — возмущенно, как только мог бы возмущаться настоящий подросток, выпалил я, — Александр Македонский в четырнадцать лет войска вёл, а я что, буду до старости за вашими спинами прятаться?!

— Да пусть идёт, Макар, — поддержал Зубатова Бывалов, — парню где-то же надо набираться боевого опыта. А так, считай, курс молодого бойца будет.

И Гудков сдался:

— Но смотри там у меня, Капустин! — пригрозил он мне, — вперёд не высовывайся, делай, что велю!

Я обрадованно закивал, главное, что меня взяли!

Мы, то есть Макар Гудков, Виктор Зубатов, Семён Бывалов, Зиновий Голикман, Жорж Бобрович и я, вышли со школьного двора и пошли по разбитой дороге в село. Все парни были как на подбор — сильные. Особенно Семён и Жорж. Конечно, мы с Зёзиком были бойцы так себе, но у меня в кармане лежал нож. Думаю, что и Зёзик что-то припас. Да и остальные…То, что у Гудкова был наган — стопроцентно.

А вообще, надо будет по возвращению в город N, озаботиться приобретением огнестрельного оружия. Надо-то было раньше это сделать, но что-то суета вся эта, не сориентировался.

Парни шли молча, только сзади меня о чём-то тихо переговаривались Гудков и Зубатов. Я прислушался.

— А почему ты Степанова и его комсомольцев не привлёк? — спрашивал Зубатов.

— На всякий случай, — ответил Гудков, — пока не особо доверяю я им. Очень меня та ситуация, когда селяне всю скотину резали, а они не вмешались, настораживает.

— Не пользуются авторитетом? — предположил Зубатов.

— Этого не может быть, — категорически отверг эту версию Гудков, — они могут у всех селян не пользоваться, но своих родителей и прочих родственников отговорить спокойно могли бы. Хоть бы немного коров сберегли, детей-то надо молоком поить.