— Что же ты, мой друг, невесел? — спрашивает княгиня, томно улыбаясь. — Что же голову повесил?

Она подходит ко мне, обнимает за плечи и заглядывает в глаза. Объятия явно дружеские, но это идеальный момент для поцелуя. Идеальный, если бы не льдистая синь в глубине ее радужек. В голосе Ольги нет искреннего участия, лишь дежурный интерес.

Вспоминаю, как смотрела на меня Мина, рывком высвобождаюсь из объятий Ольги и подхожу к окну. Вторя светящимся куполам Храма Разделенного, Кристаллы Великих Родов отбрасывают с крыш Родовых Высоток яркие цветовые сполохи и расцвечивают вечернее сереющее небо радужными разводами.

— Чувствую себя крысой, которая бесцельно бежит по смертельно опасному лабиринту в полной темноте…

— Оставь меня, подруга, я в печали?! — Ольга вопросительно вскидывает брови, а затем медленно подходит к креслу и садится в него, расправляя складки на пышной шелковой юбке. — Ты хочешь быть супергероем плохого романа? Избранным, на пути которого мужчины будут преклонять головы и бросать на землю оружие, а женщины — прыгать в постель по первому щелчку пальцев?

— Неплохая перспектива, — отвечаю я с усмешкой. — А девушки мне бы и одной хватило…

— Шувалов, ты что, подкатываешь ко мне свои яйца, обернутые в романтичный флер? — в стекле отражается лицо Трубецкой, на нем застыло искреннее удивление.

— С чего ты взяла, что я говорю о тебе? — оборачиваюсь и с недоумением смотрю на девушку, включив актерские способности на полную.

— Слава Разделенному! — с облегчением восклицает Ольга. — Одной проблемой меньше!

Тьма меня забери! Наши отношения похожи на романтичный сериал про подростков от Мосфильма, в котором встретились юные идиот с идиоткой и никак не могут переспать в течение пятидесяти серий!

— Почему ты ушла из Рода Синих и подписала контракт с Шуваловым? — спрашиваю я, меняя тему разговора.

— Ради твоих красивых глаз, конечно! — отвечает Ольга с ядовитым сарказмом, подходит к окну и становится рядом со мной.

— А ты предполагала, что твоим питомцем окажусь именно я? — подыгрываю, одновременно пытаясь выудить касающуюся меня информацию, и встречаю ее подозрительный взгляд в отражении.

— Я ничего о тебе не знала до нашей первой встречи в Приемной Великого Князя, — уверенно произносит Ольга, но отвечает слишком быстро, и я понимаю, что она лжет. — Меня изгнали из собственного Рода…

Удивление захлестывает меня, словно морская волна, и я в недоумении поворачиваюсь к Трубецкой. В синих как майское Питерское небо глазах застыла боль. Девушка покусывает нижнюю губу и едва сдерживается, чтобы не расплакаться. Я протягиваю ладонь к ее щеке, но Ольга резко отшатывается назад.

— Давай обойдемся без щенячьих нежностей, ладно?! — раздраженно заявляет она. — С кем-нибудь другим я бы напилась, сидя у этого окна и любуясь ночной Москвой с высоты птичьего полета, но не с тобой!

А вот это звучит обидно. Мне хочется еще раз внимательно рассмотреть себя в зеркале и убедиться, что я не превратился в жирного уродливого старика.

— Давай, упомяни еще раз про контракт и подчерки, что общаешься со мной исключительно из-за возложенных на тебя обязанностей! — я начинаю закипать. — Ты делаешь это специально, чтобы разбудить во мне чувство вины и я, не дай Разделенный, не воспользовался тобой в грубой и извращенной форме?

— А не боишься, что я дам отпор? — Трубецкая поворачивается ко мне, и я отшатываюсь от ее вспыхнувшего глубокой синью, тяжелого взгляда.

— Не боюсь, потому что так с тобой не поступлю…

— Шувалов! — Ольга почти кричит. — Пойми, наконец: мы не ровня! Ты — плоть от плоти Рода, а я — вассал Фиолетовых, и обязана удовлетворять твои прихоти!

— Так удовлетворяй! — на моих устах появляется усмешка испорченного херувима.

Ольга отворачивается и прижимается лбом к холодному стеклу панорамного окна.

— Почему тебя изгнали из Рода Синих? — спрашиваю я после длинной паузы.

— Я не хочу об этом говорить!

— Тогда считай мое любопытство сумасбродной прихотью, которую ты обязана исполнить!

— Задай свой вопрос Великому Князю, и он обязательно расскажет тебе обо всем, если посчитает нужным! — лицо девушки кривится от клокочущего внутри гнева, она поворачивается ко мне и снова обжигает ярким огнем, вспыхнувшим в синих радужках.

— Зачем пришла?! — спрашиваю я подчеркнуто спокойно. — Сегодняшний урок великосветских манер явно идет кото под хвост!

— Хотела проведать перед сном и убедиться, что ты грызешь гранит наук, а не порно смотришь, — язвительно отвечает Ольга.