От входа к панорамному окну простирается похожий на взлетную полосу серый стол. Его венчает высокое, напоминающее трон белое кресло, а по бокам стоят десятки других — гораздо меньших по размеру.

Трое уже немолодых мужчин в деловых черных костюмах с достоинством поднимаются на ноги и приветствуют Главу Великого Рода. Игорь Всеволодович отвечает вежливым кивком и жестом предлагает им присесть.

— К делу, господа! — говорит он. — Обстоятельства нападения на Александра Игоревича были весьма необычны, впрочем, господин Берестов уже донес до вас необходимую информацию. Он подробно информировал о том, что произошло, да вы и сами изучили место происшествия…

Шувалов прерывает монолог, внимательно рассматривает мужчин, переводит взгляд на меня, а затем — на главного дознавателя, сидящего в центре.

— Вы знаете, что делать и без моих пространных речей, — неожиданно заканчивает короткую речь он. — За сим разрешите откланяться, у меня скопилось множество дел. Если беседа пойдет не по плану или вскроются какие-то необычные обстоятельства — сообщите мне об этом немедленно. Уже далеко за полночь, думаю, что Императора сегодня беспокоить не стоит, он все узнает из утреннего доклада и от меня лично.

Дознаватели снова встают и кивают.

Неожиданно Игорь Всеволодович мягко касается моей руки, и я непроизвольно вздрагиваю — в меня вливаются мощные потоки Силы.

— Александр, ведите себя благоразумно и помогите господам дознавателям установить все детали произошедшего! — произносит он приказным тоном.

— Да, Ваша Светлость! — я покорно киваю и встречаю острый проницательный взгляд старшего дознавателя.

Он недовольно хмурит брови, будто уловив в словах Главы Рода скрытую иронию, и опускает взгляд на лежащие на столе бумаги. Игорь Всеволодович исчезает за дверьми, которые медленно закрываются, отставляя меня наедине с троицей в черном.

— Разрешите представиться, — учтиво обращается ко мне седовласый дознаватель, самый старший из троих. — Князь Андрей Федорович Грибоедов. Имена моих спутников не скажут вам ровным счетом ничего, к тому же вряд ли мы встретимся с вами еще раз.

Голос князя спокоен, движения расслаблены, и лишь глаза выдают царящее в его душе волнение или нетерпение, либо и то и другое сразу.

— Александр Игоревич Шувалов, — отвечаю я, соблюдая приличия, хотя прекрасно понимаю, что мое имя известно всем троим.

— Присаживайтесь, юный князь, — предлагает Грибоедов и застывает в ожидании.

С облегчением плюхаюсь в мягкое кресло и ощущаю, как на меня накатывает неуверенность. Троица садится напротив меня. Яркий свет, льющийся из плоских потолочных плафонов, желтит дряблую морщинистую кожу мужчин, отчего они напоминают восковых кукол.

— Не могли бы вы еще раз поведать нам обо всем случившемся в тоннеле, — вкрадчиво произносит Грибоедов и откидывается на высокую спинку кресла. — Все вплоть до того момента, когда мы с вами встретились у трапа вертолета.

Вижу охотничий азарт в прищуренных глазах старого князя и хочу послать его как можно дальше. Послать и завалиться спать прямо здесь, в приемной, зафиксировав разочарование на изборожденном глубокими морщинами лице.

— Всецело к вашим услугам, — учтиво киваю я, вспомнив совет вести себя благоразумно, и начинаю рассказ, тщательно контролируя частоту биения сердца, мимические мышцы лица и потоотделение.

Излагаемая мною версия событий существенно отличается от реальной. После неожиданного нападения, сопровождающая меня охрана заблокировала лимузин, в который пытался проникнуть Темный. Уже через секунду крыша Руссо-Балта оказалась вскрыта и охранники мертвы. Из искореженной машины меня вытащил Великий Князь, и только тогда я увидел тело Темного на асфальте.

Второй лимузин, полный мертвых охранников, и тело Темного, лежащее рядом с ним я узрел, когда мы с Игорем Всеволодовичем следовали к выходу из тоннеля — по словам Князя, этого террориста он уничтожил первым.

Лица моих собеседников непроницаемы, эмоции теплятся лишь в глазах. Я сознательно не рассказываю о том, что видел бой, глянцевые черные Покровы и обсидиановых мечах нападавших.

Грибоедов останавливает меня знаком руки.

— Вы уверены, что не видели оружие темных? — уточняет он и пристально смотрит мне в глаза, ожидая ответа.

— К моему великому сожалению, я не видел или не помню момент сражения, — отвечаю с напускной досадой в голосе. — Все произошло слишком быстро. Игорь Всеволодович объяснил мне, что все произошло в управляемом потоке времени. Оружие Темных мне незнакомо. Могу лишь сказать, что клинки оно было материально, как и заколотые им охранники Рода.

— Ах да! — восклицает Грибоедов и с деланным разочарованием на лице откидывается на спинку кресла. — Вы же еще не инициированы и не проходили соответствующего обучения. Продолжайте, князь!