Но тут пришел коронавирус, и новоявленный колдун заболел и скоропостижно скончался, а его сторонники потихоньку сами собой рассосались…

– Надо же, – сказал Игорь. – Так что, все эти… как ты их зовешь, все не запомню?

– Д’тупсу, – захихикал несколькими ртами Биарей. – Младшие, значит. Если хочешь, можешь их так и называть. Я пойму, они тоже.

– Так что, все младшие…

– Бывшие люди, – подтвердил Биарей. – Маги, экстрасенсы, колдуны, шаманы, некроманты, вызыватели духов, астрологи, йоги…

– Я понял, понял, – прервал его Игорь, изобразив на лице смущение. – Слушай, Боря… хочу спросить тебя, как мужчина мужчину…

– Технически, я гермафродит, – заметил Биарей. – Из трехсот двадцати двух моих ныне живущих суб-личностей сто сорок восемь – женщины, остальные – мужчины. Иначе, как бы я размножался?

– А ты размножаешься? – у Игоря глаза на лоб полезли. Биарей ответил:

– Ага. Какие-то мои суб-личности умирают, какие-то рождаются. Потому я живу вечно, и все время меняюсь. Так что ты хотел спросить?

– Видишь ли, – сказал Игорь, «смущаясь» еще больше, – мне надо, прости за выражение, отлить.

– Не волнуйся, – на «теле» Биарея появились многочисленные улыбки. «Тоже мне, чеширский кот», с отвращением подумал Игорь. – Скоро твоя физиология изменится. А пока можешь отлить, если хочется.

– Так а где? – спросил Игорь. – Не могу же я в твоем присутствии… и рядом с этими.

– Ох, уж мне эти человеческие предрассудки, – вздохнули рты Биарея. «Интересно, как он вздыхает? – думал Игорь. – У него, выходит, есть легкие?» – Сейчас сделаем…

Раздался стук – словно много-много маленьких молоточков постукивало по камню. Потом стук сменился нарастающим треском. А потом плоть Биарея расступилась, обнажив глубокую нишу в стене.

– Только там темно, – сказал Биарей.

– Я себе мобильником подсвечу, – ответил Игорь.

– Ну да, здесь они только на это и годятся, – согласился Биарей. Мой последний поглощенный все порывался позвонить кому-то. Я ему даже не мешал… слушай, определенно, я кого-то из ваших лишних поглощу. Давно у меня обновок не было.

– Как хочешь, – пожал плечами Игорь, заходя в нишу, и, действительно, подсвечивая себе мобильником. Попутно он проверил наличие сети. Сеть была – на один кубик, но была. Встав как можно дальше от входа, Игорь быстро набрал одно-единственное сообщение, отправил, убедился, что сообщение ушло, а затем – сделал то, ради чего и отпрашивался.

Когда он вышел из ниши, любезно предоставленной гекатонхейром, на теле того появилось множество лиц – мужских, женских, даже детских. Лица улыбались:

– Если честно, я очень рад твоему обществу, – в один голос сказали лица.

«А я бы с удовольствием по тебе огнеметом прошелся, – подумал Игорь. – И почему наш Макс ни одного огнемета с собой не прихватил?»

– Хочется сказать тебе что-то хорошее, – продолжал Биарей. – Например, то, что твоей Тане ничего не угрожает. Ее уже избрал себе один из Владык Бездны, так что вы даже сможете быть вместе. Как Бел Энграл и Белет Эршигаль. Очень интересный союз получится…

«Удержи меня, – разносилось по базе, – на шелкову постель уложи меня. Приласкай меня, за водой одну не пускай меня…»

– Это еще что за похабщина? – удивился Макс.

– Это не похабщина, – все присутствующие обернулись на голос, возможно, уже не ожидав его услышать. На пороге своего бокса стояла бледная Таня, ее, как могли, поддерживали Даша и Ира. – Это «Невеста Полоза», песня Хелависы из группы «Мельница». Она стоит на эсемесках на моем коммуникаторе. Жень, он у тебя?

– Да, – ответила Женя, подбегая к Тане и отдавая ей мобильник. – Но тебе еще нельзя вставать…

– Можно, – ответила Таня. – Во всяком случае, я встала, и не лягу, пока Игоря не найдем.

Макс осторожно кашлянул, и сказал:

– Таня, я понимаю… но что, если Игорь уже…

Таня, тем временем, успела прочитать эсемеску – и, буквально, расцвела в улыбке, даже на бледных щеках появилось какое-то подобие румянца:

– Игорь жив, – сказала она. – И я могу это доказать.

– Как? – удивился Макс. Таня подняла вверх мобильный, развернув его экраном к остальным: