Я подробно описал всё, что увидел и сделал за то время, что прошло с момента моего выхода из лагеря и до прибытия самохода лейтенанта.

Зеран закончил записывать мой рассказ. И неожиданно произнёс:

— Жаль, конечно, что пленить никого не получилось. Но, возможно, удастся оживить одного из разбойников или хотя бы призвать его дух.

Похоже, что оживить может не только божественный покровитель, но и достаточно могущественный герой. Нужно будет этой информацией с Пелитом поделиться, а то не ровён час, не спасёт меня даже «шаг назад».

— Эти двое, разбойники?

Зеран смерил меня взглядом, прикидывая, как мне стоит ответить, — Лоотуун, в том, кого ты благополучно убил, признал одного из тех, кто грабил его караван, и вместо того, чтобы тихо вызвать патруль, начал громко требовать возмездия. Ну, а дальше ты уже сам всё видел.

Мы вышли из трактира, и Зеран объявил, что пока все свободны, а судьбу разбойничьего имущества решит Комендант.

— Какой ещё Комендант? — во мне взыграла жадность, и я, схватив лейтенанта за руку, рывком повернул его к себе лицом.

— Я убил этого «Амбала». А его доспех и оружие принадлежат мне.

Услышав мою тираду, воины гарнизона, которые уже было расслабились, взяли меня на прицел. А я для себя решил: что как только прозвучит первый выстрел, то сразу завершу миссию, так как против дюжины воинов с огнестрельным оружием не выстою.

— Руку отпустил! То, что с боя взято, в обычной ситуации всегда достаётся победителю. Но сейчас, — Зеран выделил голосом это слово, — ситуация очень непростая, так что решать будет Комендант.

И, обращаясь уже к своим воинам, скомандовал: — Опустите оружие. У нас с доблестным героем возникло небольшое недопонимание.

Краем глаза заметил, что Марк Туллий держит в руке гладиус, а по его напряжённому туловищу пробегают сполохи защитного поля.

— В тартар все это. Надеюсь, что Комендант рассудит справедливо, — я решил пойти на попятную и отпустил рукав.

Зеран облегчённо выдохнул и, переговорив по рации, обратился к нам: — Ваша аудиенция составится в ближайшие полчаса. Комендант примет вас без очереди. Заодно и с трофеями решит.

Наваждение.

Марк Туллий смерил лейтенанта холодным взглядом и, сплюнув на землю, мрачно возразил:

— Воитель Лоотуун обвинил этих двух, — легат кивнул в сторону убитых, — в разбое. И раз они попытались скрыться, то, как минимум, он имеет право на возмещение своих потерь. Как его наниматель, я вправе отстаивать интересы Лоотууна. Да и Фламмифер в своем праве.

Зеран прищурился, задумчиво оглянулся по сторонам, и его губы слегка скривились в улыбке. Видимо, он решил, что не стоит развивать конфликт, поэтому примирительно произнес:

— И что же уважаемый Герой предлагает? Хотя, в любом случае, последнее слово за Комендантом. Разбойники нападали не только на караван Лоотууна. Еще нужно компенсировать разрушения, нанесенные нашему трактиру.

— Трупы и самоход пока останутся здесь, под охраной моих и твоих воинов, — ответил Марк Туллий и призвал из торбы десятерых легионеров, сразу ощетинившихся мечами.

— Silentium! (лат. Смирно) — гаркнул легат на мгновенно опустивших мечи триариев. — Охранять вот эту телегу и тела возле неё вместе с этими вояками.

Марк Туллий указал им на уже переставший дымить самоход и стоявших вокруг воинов гарнизона. После чего, покопавшись в торбе, кинул декану звонко звякнувший кошель.

— Без меня никого близко не подпускать и при любой неожиданности подать сигнал горном. Мы скоро вернёмся. Но если приспичит посрать или отлить, то идите в харчевню, — Марк Туллий показал на выбитую дверь, — Там вам покажут, где находится отхожее место.

Трактирщик сразу встрепенулся и уверенным голосом заверил, что никакой дополнительной оплаты не потребуется.

Зеран, в свою очередь, отдал схожее распоряжение своим людям.

— Если здесь все решили, то прошу вас, Герои и Воитель, сесть в кузове грузовика. После того как мы втроем залезли внутрь самохода и расположились на скамьях, расположенных вдоль бортов, лейтенант вновь занял место возле возницы.

Внутри телеги что-то со скрежетом загромыхало и, развернувшись, она покатилась в сторону ворот, через которые беспрепятственно и проехала.

Пока неспешно ехали до центра лагеря, Марк Туллий поведал, что после того, как распрощался с Зераном, он решил время зря не терять и пообщаться с Лоотууном, так как приметил его ещё ночью.