А вот голос его мне что-то не понравился. Как будто в чем-то он был не искренен со мной, нужно держать ухо востро.

— Это документ подтверждающий, что ты получил свою награду, — бодрым голосом пояснил Хлодив. — Тебе нужно внизу поставить свою подпись.

Как только я пододвинул к себе лист, то сразу во мне проснулись знания дарованные «Криптографией». Пришло понимание, что стоящие в тексте в разных местах три непонятных символа, не что иное, как сумма награды. Ведь в системном языке всего десять цифр от нуля до девяти, и из них можно получить любое число.

Впрочем, у эллинов с цифрами все еще сложнее. А вместо цифр они используют буквы, так что цифра 100 обозначилась бы буквой ?.

Похоже, моя награда несколько больше, чем он озвучил, и уж точно не равна сотне. И кажется, Хлодив рассчитывает на мое незнание местного языка. Ну уж в этот раз, он меня не проведет. Отодвинув в сторону лист, я пристально посмотрел клановцу в глаза, и через пару мгновений с холодом в голосе произнес:

— Уважаемый Хлодив, мне почему-то кажется, что моя награда несколько выше, чем ты озвучил. Впрочем, вечером у Коменданта на аудиенции поинтересуюсь этим вопросом.

В подтверждение своих слов, я указал пальцем в привлекшие моё внимание закорючки.

Улыбка тут же сползла с лица Хлодива, а глаза забегали. И сбивчиво заикаясь, он принялся оправдываться:

— Господин Герой, простите великодушно мою невнимательность. Это последствие недавнего ранения. Ваша награда, как вы правильно заметили, значительно больше. Не сто кредов, а двести тринадцать, — заискивающе улыбнувшись, он достал из своего кошеля ещё две монеты и протянул мне.

— Здесь явно больше, — с сомнением я взглянул на протянутую руку. В этот раз про сумму награды он не соврал, в отличие от причины своей забывчивости.

— Примите их в знак моих искренних извинений и, надеюсь, недопонимания между нами больше нет.

Похоже, он очень боится огласки своей «забывчивости».

— Ну что ты. Конечно. С каждым бывает, — ответил я ему, и забрал монеты из потной ладони. После чего пододвинул к себе пергамент и серебристую палочку. Эта продолговатая штука действительно оказалась стилусом, который оставлял на листе тонкие синие линии. Я вывел своё имя в нижней части пергамента. Это явно пришлось по душе Хлодиву, потому что на его лице появилась улыбка.

— Помнится при первой нашей встрече, ты хотел приобрести системные вещи, — обратился я к хозяину кабинета, как только он убрал пергамент.

— Конечно, все так и есть. Хочешь сдать бездонные торбы? — деловито и с плохо скрываемой жадностью поинтересовался Хлодив.

Ну точно какая-то часть трофеев уходит на сторону. Не удивлюсь я, если и половина.

— Увы, но пока могу предложить только десяток камней памяти, — ответил я ему, усмехнувшись про себя. И выложил на стол ровный ряд продолговатых черных кристаллов.

Мой собеседник сразу немного поскучнел. Тем не менее, он выложил на стол семь крупных монет и пять поменьше.

— В следующий мой визит, возможно, при мне будет несколько ненужных торб, — решил я немного взбодрить Хлодива, пусть порадуется будущим барышам.

Распрощавшись с этим пройдохой, я подумал о том, что, возможно, стоило с него побольше денег стрясти за молчание. После чего в сопровождении скучающего провожатого отправился к оружейнику.

Оружейник все так же сидел за своим столом. На этот раз тихо что-то бормоча себе под нос, он ковырялся в искореженной винтовке.

— Кхм, приветствую тебя, оружейник, — подал я голос, после минуты наблюдения за его манипуляциями.

Он слегка вздрогнул и выронил какую-то пружину, которую только что извлёк из разбитого корпуса.

— И снова здравствуйте! Если хочешь пополнить боезапас, то ты пришел в правильное место, — поприветствовал он меня. И хитро подмигнул сразу двумя глазами.

— Не только. Мне так же нужен ремонт для нескольких… — И, оглядев заваленный стол, я спросил: — Куда можно оружие сгрузить?

— Подожди немного, — оружейник провел рукой над столом, и он стал девственно чистым. Похоже, у него такое же пространственное кольцо, что и у меня: ох, и не прост этот забулдыга.

На стол один за другим я выложил три пистолета, три штурмовые винтовки, дробовик, револьвер и ружьё с кривыми стволами.

Взяв ружьё в руки, оружейник хмыкнул, и переломив его пополам, отложил в сторону.

— Могу отрезать изуродованную часть, и можно будет стрелять. На дистанции в десяток шагов картечью не промахнешься. Что же до всего остального…