– Положим, так. И где вы увидели их?

– Да там… – мужик было махнул рукой, но под строгим взглядом Коры исправился: – На Баррел-стрит. Дом не знаю, но там забор высоченный такой, выше человека.

– Баррел-стрит? – Гловер нахмурился, явно пытаясь вспомнить, что это за улица.

– Клоака? – предположила Кора.

– Там, там, дама! Я выпивал рядом, к заборчику привалился, глядь, а там щелочка. Махонькая такая… Ну я и это…

– Заглянули?

– Ну так, там будто девка ржала чего. Я думал, может, симпатичная какая…

– Что за девка?

– Не видал. Космы только у нее такие… странные: сверху темные, снизу белые.

Кора рвано выдохнула. Не бывает таких совпадений. О таком отличии говорила и миссис Мур, рассказывая о гостье Джона.

– А в полицию почему не обратились?

– Ага, псам кинь кость, они до черепа доберутся. Быстренько бы придумали, что на меня повесить, знаю я эти куски бекона на ножках…

Гловер хмыкнул, копошась в ящике стола, чтобы вытащить смятые купюры и несколько монет:

– За услугу…

– Такая мелочь?

– Оплата соответствует информации. И проваливай. Я в парсе от того, чтобы не завопить, вызывая ближайшего констебля с магической трещоткой.

Услышав про констебля, мужик резво поднялся, отряхивая грязь с балахона прямо на пол, чем вызвал пренебрежительно сморщенную мину на лице Гловера. Собрав деньги в кучу и ссыпав их в карман, мужик разулыбался и, неровно кланяясь, покинул кабинет, а затем и офис.

Кора смотрела вслед незнакомцу, пытаясь унять дрожь. Гловер не знал о примете девушки, которая навещала Аконита совсем в другом месте. Не знал редактор и жуткой правды о том, что парень, заходивший отдать статьи Рубиновой дамы, не кто иной, как убийца, которого все ищут. Знай он об этом, оценил информацию куда выше, впрочем, вряд ли заплатил бы больше.

И тем не менее. Кусты аконита. Неужели пьяница случайно набрел не куда-то, а на логово Аконита? Что еще хранилось за высоким забором? Какие тайны ждали там? Кора не знала, она устала, она была разбита, но она должна была задать свои вопросы Акониту, должна была увериться, что Гилберт похоронен окончательно.

– Корнелия! – Гловер щелкнул пальцами прямо перед ее носом, привлекая внимание. – Ты оглохла?

Она моргнула раз, другой, пытаясь сфокусировать взгляд. Нужно было что-то ответить, но Кора не знала что. Она словно потратила весь запас энергии на то, чтобы добраться сюда, а затем разговорить пьяницу. Организм будто боролся с лихорадкой. Бил озноб, явственно ощущалась тошнота, голова кружилась. Вдруг дыхание стало прерывистым. Кора делала вдох, но его не хватало, она чувствовала, будто задыхается, метнулась к окну, прислушиваясь к быстрым ударам сердца, пытаясь дышать и избавиться от липкого страха.

– Корнелия, – Гловер положил руку ей на плечо, – все в порядке, здесь безопасно.

Она кое-как кивнула. Хотя не была согласна с таким утверждением. Нигде не безопасно.

Гловер похлопал по своему креслу:

– Сядь-ка. Твоя паника скоро пройдет, пока попробуй поболтать со мной, девочка.

Она опустилась на предложенное место. Дышать стало несколько легче, но отчего-то хотелось накрыться пледом или залезть под стол. Пришлось сжать коленки через ткань платья, заставляя дрожь немного уняться.

– Полагаю, ты больше меня знаешь об Аконите. И наш любезный смрадный друг поведал что-то, что могло бы стать сенсацией, а?

Кора пожала плечами. Хотелось рассказать обо всем, но не Гловеру же!

– Допытывать не буду. Но могу дать совет, как профессионал. Нужен?

Она хмыкнула и кивнула.

– Нет ничего ценнее, чем законченная история. Тем более, если ты по уши запачкана в ней, тебе нужно довести ее до финала. Бросить все и скрыться, позабыться ты не сумеешь, как бы ни хотела. Такие события не теряются в воспоминаниях, они с кошмарами возвращаются раз за разом и сводят с ума. Так что вот тебе мой совет: закончи работу, ибо она отвлечет от тревог, а завершение станет пилюлей от страха. Ну что? Вижу, ты заново научилась дышать.

– Извините, мистер Гловер…

– Что ты. У каждого из нас случаются плохие дни.

– Спасибо. Вы правы. Мне нужно закончить начатое.

– Точно. Оставь волнения Корнелии, побудь пока Рубиновой дамой.

Кора вскочила. Она была готова. Сама не понимала, к чему, но готова.

В голове созревал примерный план действий. Пустые мысли никуда не приведут, нужно делать то, что необходимо, – собирать информацию и структурировать ее, чтобы разобраться.

Спешно попрощавшись с мистером Гловером, Кора выбежала из офиса, таща за руку растерянную Эмму.

Дома ждал неприятный разговор, который, впрочем, прошел смазанно и быстро: родители и сами не знали, как вести себя со сбрендившей дочерью, которая то уныло безразлична, то полна энергии.

– Вы должны поесть! И поспать! – строго наказала Эмма, корректируя планы Коры на долгую работу.

Зевота не проходила, а желудок выл, моля о крупице хлеба, так что пришлось прислушаться к камеристке.

– И помойтесь, от вас несет тем пьянчугой!

Возражений не нашлось.

Пришлось все так же самостоятельно набирать ванную. Эмма о стене Аконита так и не узнала, а оправдываться Кора не хотела. Она позволила подать полотенца, а затем спровадила камеристку за успокаивающим чаем. Кора осторожно вернулась в ванную комнату, в которой запотели зеркало и закрытое окно. Никого. Только стена с уликами за спиной и смутные воспоминания о человеке, что приходил сюда так часто…