Мысль словно молния пронзила его сознание. Чем дольше он думал об этом, тем больше ему становилось противно от собственных мыслей и безразличия, которым он пытается успокоиться. Всё намного сложнее, чем ему казалось ранее, хоть ничего не изменилось. Балдур поймал себя на мысли, что он начинает погружаться всё глубже и глубже, копаясь в моментах прошлого, отчетливо помня каждый её запах и вкус.

Кот с удовольствием наблюдал за самокопанием человека, выжидая длинную паузу. Трезвой и холодной логикой он понимал, чего пытался добиться Варгин, и осознавал, что ему это удалось. Балдур несколько раз размышлял о том, как бы могла сложиться их жизнь, если бы они оба решили бросить жизнь полную опасностей и осесть в миленьком домике на окраине Велпоса. Теплая, приятная мысль, но каждый раз он взмахивал рукой, развеивая дымку фантазии, словно это невозможно.

Он прокаженный, сбор — единственное ремесло, на которое он способен, зарабатывая хоть что-нибудь на сносную жизнь. Мира, с другой стороны, это Мира. Рожденная меридинкой в уважаемой семье Велпоса, она в любой момент могла оставить дикую жизнь за спиной и наслаждаться всеми благами семейного положения. К тому же прокаженные редко заводили семьи, мало кто захочет понести от такого. Сказка о любви принцессы и конюха, бессмертная история множества книг, которой никогда не стать реальностью.

Чем больше он думал об этом. Чем отчетливее он вспоминал её запах, тем лучше осознавал, что это не место и не время для таких мыслей. Вдруг Балдур ощутил, словно нити манипуляций тянуться к его сознанию, и буквально заставляют его всё больше погружаться в размышления.

— Нас связывает многое, ты прав, не стану отрицать. Именно поэтому мне тяжело дать тебе чёткий ответ. Ты сам описал наши отношения, хоть и в общих чертах и не думаю, что смогу добавить нечто большее.

Кот слегка нахмурился, явно не рассчитывая на такой ответ, а затем оказался на столе перед Стервятником, глубоко заглядывая в его глаза:

— И всё? Никакой любви, влечения, не ограничишься хотя бы парой слов, что построят композицию? — Варгин слегка наклонил голову. — Быть может секс? Он всегда был ошейником смертных, особенно для мужчин. Неужели за всем этим просто скрыт извращенный, дикий, неудержимый и грязный…

— Нет! — на удивление для себя, запротестовал Балдур

— Тогда соизволь ответить на мной поставленный вопрос. Признаться, мне интересны подобные беседы, но не тогда, когда приходиться вытягивать их насильно. Помни о соглашении, Балдур Красный Стервятник.

Человек замолчал, ощущая на себе взгляд кота. Он осознал, что это первое предупреждение.

— Невозможно описать закат в двух словах, сохранив всю контрастность картины. Нельзя рассказать историю за пару мгновений, не упустив важных деталей. Нас с Мирой очень многое связывает, как хорошее, так и плохое. Раз ты признался, то и я тебе врать не стану, всё есть как есть, и меня это устраивает.

— Даже если она вонзит тебе клинок в грудь? — внезапно пропел кот, ошарашивая Балдура таким вопросом.

— Она этого не сделает, — с верой в свои слова отрезал человек.

— Ответ, — понизив голос, промолвил кот, выпуская когти из лап.

Балдур еще раз задумался, перебирая в голове мысли, в поисках более подходящего ответа, который бы устроил Варгина, однако на ум так ничего и не приходило. Он поморщил и потер переносицу, а затем произнес.

— Я не знаю, что я чувствую, не могу понять. Всё настолько сумбурно и странно, однако одно я знаю наверняка, она для меня важна, даже очень. Вот тебе мой откровенный ответ, Варгин, более честного ты я не в состоянии тебе дать, даже перед страхом смерти.

Кот вновь исчез, но на этот раз он не появился, оставляя человека одного в кромешной тьме. На столе осталась гореть всего одна свеча, и даже она сгибалась и морщилась под тающим воском, превращаясь в густую лужицу. Балдуру стало не по себе. Варгин слишком долгое время молчал, и стервятник не знал, устроил ли кота его ответ, или он вот-вот потеряет самое важное.

Балдур услышал знакомое шуршание по углам, которое сопровождало первое появление библиотекаря. Он попытался посмотреть по сторонам, но поймав себя на мысли, что и так ничего не увидит, сидел ровно и ожидал ответа. Вдруг послышалось недовольное мяуканье и агрессивное рычание, что вздымалось словно морские волны, а затем резко оборвавшись, прозвучало.

— Я тебе верю или верю в то, что ты сам себе веришь, — резко появившись перед его лицом, быстро промяукал Варгин, и в это же мгновение испарился в черной дымке.

Балдур облегченно выдохнул, даже не стараясь скрывать это от Варгина, тем более в этом не было никакого смысла. Стервятник понимал, что библиотекарь сейчас видит его как ладони, словно он вывернул его наизнанку и изучает каждую молекулу его тела, души и разума. Не успел он перевести дух, как вдруг.

— Второй вопрос! — с ноткой недовольства протянул царь.

Дыхание вновь перехватило.

— Забавным стечением обстоятельств, тебе удалось пережить все путешествия и походы, что делает тебя довольно опытным сборщиком. Мне приходилось беседовать с несколькими из вас, однако умом они особо не отличались, видать потому, что еще вчера ползали под столом. Был правда один с намеком на зарождение разума, но конкретного ответа он мне не дал. Мне всегда было интересно явление «проказы», только вот не с научной точки зрения, и не с социальной, а больше, как… с личной. Я слышал о тебе, Красный Стервятник и о том, как ты получил своё прозвище. Вокруг твоей персоны в определенных кругах ходит молва, только я вот надеялся увидеть полноценного тебя, — Кот сделал паузу. — Придется довольствоваться частью, ничего не поделаешь. Тебя, на удивление, не заботит факт рода прокаженных, и уж тем более, что тебя так называют. Красный Стервятник, интересное прозвище для того, кто всячески пытается избегать убийств. До меня дошли слова, что на самом деле ты отбираешь жизни, не моргнув взглядом.