— А, Власий, чем порадуешь? — Всеслав отхлебнул из чашки и удовлетворенно кивнул. Приемлемо, пить можно. — Или все плохо? И кстати, выяснили что-нибудь о бароне?

— Он весь вечер находился в своей комнате, никуда не выходил, — Бахтеев потоптался на пороге, так и не получив разрешения присесть. — Даже с охраной.

— А сегодня? — напрягся князь, желая услышать ту новость, ради которой он заставил Корнея со вчерашнего дня тщательно конспирировать свою деятельность.

— Час назад его спешно вывели из комнаты на улицу, где он сел в машину и уехал в неизвестном направлении. Можете не беспокоиться. Он не тот человек, за которого его стараются выдать. В нем лишь слабая искорка одаренности. Я проверил по его аурному полю. Явная подстава.

— А почему его вчера не смогли просчитать?

— Не могу знать, только предположу, что на него могли повесить такое количество магоформ, от которых аура светится как гирлянда. Немудрено было ошибиться.

— Получается, меня и с бароном Назаровым обманули? — хмыкнул Всеслав, обдумывая новость. — А где тогда он сам? Что за странные передвижения? Появился настоящий Великий князь, подставного Назарова увезли. Пояснишь, в чем дело?

— Я не знаю, — пожал плечами советник. — Прошу прощения, Светлый князь.

— Ладно, что там по переговорам? На какое время назначено?

— В десять утра в столовой, — склонил голову Бахтеев. — Слуги подготавливают помещение согласно нашим требованиям.

— Ступай, готовься. Мало ли, вдруг понадобятся материалы по финансовым делам. Все бумаги с собой захватил?

— Обижаете, княже. У меня полная отчетность. Хотя не понимаю, как могут помочь специфические бумаги в переговорах по миру?

— Не умничай, а делай, как нужно. И позови Корнея.

— Он час назад уехал и до сих пор не вернулся.

Всеслав пожал плечами. Времени еще достаточно, чтобы провернуть свои тайные дела, ради чего, собственно Корней и находится в Угличе. Если двойник Назарова жив и преспокойно покинул особняк, то его диверсанты по какой-то причине не смогли завершить операцию. Проще говоря, позорно провалились. Да, но благодаря хитрому ходу Великого князя, — добавил про себя ярославский князь. Получается, его задумку раскрыли еще на первой стадии.

— Иди, — сердито припав к чашке, Всеслав допил чай, не обращая внимания на установившуюся тишину в комнате. Он достал из кармана темно-красный камешек и сжал его в руке, активируя магическую связь, по которой общаться могли только два человека, что исключало прослушку.

Камешек покраснел, в его глубине стал пульсировать огонек, дожидаясь сопряжения со своим «двойником», а потом внезапно заглох. Всеслав нахмурился и вновь сжал амулет. Повторилась такая же история.

— Скверно, — обронил князь. Сигнал проходил, без сомнения, иначе бы огонек не был активен, а горел ровно и тускло. А это означало одно. Корней не мог воспользоваться связью. Неужели «осовцы» сумели повязать его хитрого помощника? — Очень скверно. Впрочем, он хитрый волчара, выкрутится.

Ага, оставив за собой пару-тройку трупов в городе накануне переговоров.

Выкинув из головы неприятные мысли, Всеслав стал одеваться к встрече. Одна из купеческих горничных отгладила ему белоснежную рубашку, почистила темно-серый костюм, хранившийся в дорожном чехле, и аккуратно повесила на плечики. Князь сосредоточился на запонках, чтобы забить дурные предчувствия глубоко под сердце. Его глодала досада, что он не смог додавить Тэмико, обозначив лишь свой интерес к будущему внуку или внучке. Девчонка испугалась, Всеслав видел ее лицо. Ну, ничего. После переговоров, которые закончатся ничем (уверенность в этом исходе крепла с каждой минутой), он вернется домой и заставит чертову невестку открыть Врата и выпустить тварей на пару дней поохотиться.

— Пора, хозяин, — в комнату вошел начальник охраны с забавной фамилией Волосатый. Кряжистый и на вид неуклюжий, похожий на медведя-пестуна, Яшка Волосатый словно в пику насмешкам выбрил свой череп и теперь ходил с довольным видом, поблескивая на солнце глянцевитой лысиной. Чем еще больше веселил своих друзей и подчиненных. — Тверские уже собрались в столовой.

— Не терпится им, — усмехнулся Всеслав и снова сжал амулет. Подождал пару минут и выругался про себя. Корней упорно не хотел отвечать.

В окружении телохранителей и четверки бояр, отвечающих за все сферы управления ярославским уделом, он спустился на первый этаж, и высоко задрав подбородок, вошел в столовую, превратившуюся в переговорную Палату, как уже в шутку окрестили ее обитатели особняка.

Несколько больших столов, накрытых белоснежными скатертями, были расставлены друг против друга, образуя небольшой проход, по которому сновали слуги. Они торопливо заканчивали расставлять графины с морсом и бутылки с водой, чтобы переговорщики могли смочить горло. Как только последний из них покинул помещение, охрана закрыла двери. Даже хозяина особняка не пустили, который порывался присутствовать на таком значимом событии.