То, что архонтов Предтечи клепали из интуитов, можно считать доказанным фактом. Способности у собеседницы есть. А вот по умениям она не дотягивает даже до однорукого ныне наемника. И, раз уж мы собираемся действовать совместно, то кое-чему ее научить стоит.

— Забавно. — Хмыкнула девушка, что сидела прямо на поверхности, подогнув под себя ноги, и с интересом всматривалась в мое лицо. Словно увидела что-то примечательное. Длинные же золотистые волосы покрывали ее плечи и спину живой волной. — Тебе не нравится, когда часть информации скрыта, но, со своей стороны, действуешь так же: скрываешь и недоговариваешь.

«И все-таки маска». — Проскальзывает мысль, пока сам решаю поддаться на провокацию:

— Ты помнишь, чем закончилось прошлое посещение этого места?

— Да. Ты чуть не помер.

— Причина твоего поражения, — полностью игнорирую вторую часть ответа, — в том, что действовала, словно в реальном мире. Ставь я целью твою смерть, то мы оба уже были бы там, откуда не возвращаются. Вот только я, в отличие от тебя, по причине ран, полученных снаружи.

«По крайней мере, немного серьезности ей это вернуло». — Замечаю с легким удовлетворением.

— И как же в таких ситуациях поступаешь ты, о великий мозгоправ? — Задает Луиза очень правильный вопрос.

И, действительно, как?

В моем мире архонтов нет, как нет и любителей духовных техник, а единственным достойным врагом может стать лишь кто-то, наподобие меня самого.

Но ведь голова интуита — именно то место, куда лучше лишний раз не лезть никому. Даже другому интуиту.

Любой мало-мальски подготовленный собрат сделает из внутреннего мира что-то вроде подобной же пустыни. И уж точно не забудет прописать правильные законы.

Как уже упоминал, у меня здесь есть один такой закон: любой из вторженцев не сможет того, чего не может в реальном мире.

Однако, означает ли это непреложную истину?

Правильный ответ «нет».

Человек — такое существо, что всегда будет искать выход. Для него нет слова «невозможно».

Вот и проблема интуитов, так или иначе, была решена.

Там, где не справится один, справятся двое, трое или четверо. И каждый из них должен уметь противостоять законам чужого внутреннего мира, иначе станет слабым звеном, что приведет к поражению всю цепочку Связанных разумов.

И то, попытка захвата внутреннего мира будет самым крайним шагом. На самом деле, даже не знаю, что именно должно произойти и что стоять на кону, чтобы кто-то решился доводить до этого. В конце концов, если загнать врага в угол, то он поступит совершенно логично.

Уничтожит собственную личность вместе с личностями агрессоров.

— У нас принято договариваться.

Часть негласного кодекса. Если умудрился оказаться в плену, то так или иначе, но какой-то информацией поделиться придется.

Либо готовься к альтернативе в виде попытки захвата.

Обычно, предпочитают первый вариант.

— Не в этом случае. — Откликается архонт. — Крис, скорее, отгрызет себе руку, чем скажет хоть что-то полезное.

— Поэтому здесь остается один выход. Мы должны атаковать ее разум совместно. А для этого тебе стоит повысить свою эффективность.

— Научившись садоводству? — С иронией получаю в ответ.

— Дело не в конкретной задаче, как таковой. — Отрицательно качаю головой. — Необходимо совершить что-то, чего не можешь в реальном мире. Ты разрушитель, а не созидатель, поэтому цель тебе под стать.

— Что-то ты слишком осведомлен о моем пути, как для того, кто сам только ступил на дорогу архонта. Откуда?

Вместо ответа создаю в руке знакомую ей пирамидку и, подкинув ту вверх, заставляю бесследно раствориться в наивысшей точке траектории.

— Предатель. — Бурчит себе под нос девушка, взглядом проводив недолгий путь иллюзии артефакта.

После чего возвращается к первоначальной задаче.

Я не мешал и не торопил.

На самом деле, было бы неплохо, если у моей союзницы все получилось, но на такое развитие событий оставлял всего несколько процентов. Вероятнее иной исход.

И не потому, что все это так уж сложно, или Луизе не достает таланта. Тут, скорее, вопрос привычки. Ну, и времени, конечно.

За всю прорву столетий, что та живет, сила архонта не давала сбоев. На фоне любой другой, она — абсолют. Иными словами, моей союзнице просто незачем было так уж сильно интересоваться способностями интуита.

Что, кстати, находит подтверждение в словах тех врагов, что спутали меня с ней. Кроме иллюзий и привычки действовать из-за чужих спин, они ни о чем и не упоминали.